– Лен, ну сколько можно терпеть?! Нормальные мужики не ведут себя так. Он пропадает вечерами и постоянно врет про невъебенную занятость! Ему достался идеально отлаженный бизнес. Твой бизнес!!! Мог бы хотя бы из благодарности не вести себя как скотина!

– Да хватит уже, блядь! – взрываюсь я. Слова рвутся наружу сами по себе. – Думаешь, мне легко это слышать?! Думаешь, я не вижу? Я просто не знаю, что делать!!!

Молчание в трубке тянется несколько секунд, после чего голос Ольги смягчается:

– Прости, Леночек. Я так психую, потому что мне больно на тебя смотреть. Начни уже думать о себе. Ты же красивая, умная баба, просто потерянная. Начни с малого: найди что-то, что тебя радует. Спортзал, танцы, стриптиз. Забудь ненадолго про Игоря и ваши проблемы.

Она говорит правильные вещи. Старательно пытается раскачать лодку, в которой я давно сижу без весел.

Одна проблема: я забыла, как это – думать о себе. Разрываясь между агентством, мужем и бесконечным желанием родить ребенка, я так долго ставила себя на последнее место, что теперь даже не могу вспомнить, чего хочу сама.

Как будто собственные желания стерлись, превратившись в помутневший фон, на котором четко видны лишь обязанности, чужие ожидания и чужие потребности.

После звонка я долго сижу на диване, уставившись в одну точку. В голове крутятся слова Ольги: «Найди что-то, что тебя радует».

Но что это? Я понятия не имею, что мне сейчас нужно.

Я снова подхожу к зеркалу и смотрю на своё отражение. Может, пора перестать ждать, пока Игорь вновь разглядит во мне живую женщину?

Может, пора найти в себе силы жить дальше, не взирая ни на кого? Ведь не зря говорят, что спасение утопающих – дело рук самих утопающих.

Мы с Анькой ужинаем в ресторане. Я кайфую всем нутром, глядя на нее. Выглядит она роскошно, как и всегда: глубокое декольте соблазнительно открывает грудь, огненные локоны эффектно разбросаны по плечам, на губах – ярко-красная помада. Секс в чистом виде. Половина мужиков здесь мечтают её трахнуть, но в отель она поедет со мной и сосать будет только мне. Эта мысль невероятно бодрит.

– Сколько ещё ты собираешься это тянуть, Игорь? – её длинный ноготь угрожающе постукивает по бокалу. – Мое терпение не резиновое.

Я внутренне подбираюсь. Уже третий месяц она изводит меня разговорами о разводе, а сегодня, судя по виду, решила перейти в наступление.

– Ань, я уже объяснял. Развод – это сложный процесс. У нас с Леной есть куча общей недвижимости и бизнес, который придётся делить. Нужно всё как следует продумать. Мне нужно её подготовить…

– Тебе нужно её подготовить? – её голос становится язвительным. – То есть, о её чувствах ты заботишься, а на мои хер забил? Я уже полтора года, как дура, жду, пока ты решишь свои проблемы. Ты говорил, что хочешь быть со мной. Так почему ты до сих пор живёшь с ней?!

Тяжело вздохнув, я откидываюсь на спинку стула. Анна взрывная и страстная, но её нетерпеливость порой выводит из себя.

– Я всё сделаю, – обещаю, глядя ей в глаза. – Просто нужно ещё немного времени.

Она пытливо смотрит на меня, будто проверяя мои слова на правдивость. Затем откидывается назад и бросает:

– У тебя есть месяц, Игорь. Если не разведёшься, я ухожу.

Такой ультиматум равносилен удару в челюсть. Я не могу потерять Анну. Она – глоток свежего воздуха в моей удушливой жизни. Просто развод с Леной меня пугает. Мы прошли через многое вместе. Лена протянула мне руку помощи, когда я был на дне, вытащила, поддержала, вложила в меня слишком много. Потратила массу сил и здоровья в неудачных попытках родить ребенка, и я видел, как это ломало её, как каждый раз она собирала себя по кусочкам, снова и снова надеясь на чудо.

Если я просто приду и заявлю о разводе, её боль легко может превратиться в месть. Не потому, что она жестокая – просто раненые люди наносят раны в ответ. Меня не волнует раздел имущества, но волнует потеря агентства. Лене оно уже давно не интересно, она занимается им скорее по инерции, но если озлобится, может попытаться лишить меня того, что я строил годами. И тогда мне останется только начинать все с нуля.

Пока Анна разглагольствует о том, как бы хотела провести предстоящие праздники, мой взгляд случайно цепляется за молодого официанта. Высокий, плечистый парень с обаятельной улыбкой буквально заставляет посетительниц сворачивать головы. В голову закрадывается крамольная мысль. А что, если…?

Идея поначалу кажется абсурдной, но чем больше я её обдумываю, тем более логичной она становится.

А что, если Лена уйдёт от меня сама? Если я не могу уйти первым, нужно подтолкнуть её к действию. Как там говорится у Карнеги? «Если вы хотите, чтобы человек сделал то, что вам нужно, дайте ему почувствовать, что принятое решение – его собственное».

Этой ночью я долго ворочаюсь без сна. Лена спит, отвернувшись к стене. Даже во сне она словно хочет держаться от меня подальше, хотя когда-то любила обнимать меня. Её волосы пахли жасмином, и мне нравилось зарываться в них лицом. Теперь это кажется чужим воспоминанием, не моим.