Тем не менее, Йим подавила свои чувства, когда присоединилась к Каре за ужином. На протяжении всей трапезы она была безмолвным образом безмятежности. Если Кара и догадывалась об истинных чувствах Йим, она не пыталась выведать их, даже когда они оставались наедине. Йим не удивилась, ведь у ее подруги было достаточно своих проблем.

На следующий день Йим стала еще более погруженной в себя. Пугающие сны нарушили ее сон, и хотя они выветрились из памяти, когда она проснулась, но оставили после себя томительное чувство ужаса. В сочетании с опасениями за безопасность Хонуса это чувство усиливало ее страдания. В течение всего дня Йим чувствовала, что дело близится к развязке, несмотря на молчание богини. За ужином скрыть тревогу было сложнее, но она чувствовала, что ей это удается.

Следующий день оказался еще хуже: Йим вспомнила некоторые из своих снов. В них были ужасающие картины резни, устроенной людьми, лишенными человечности. Йим скорбела и об убийце, и об убитом, ибо они казались одинаково мучительными. Образы были настолько яркими и подробными, что Йим боялась, что это вовсе не сны, а видения. Если это так, то она задавалась вопросом, зачем Карм показывает ей злодеяния, которые она не в силах предотвратить. Это казалось бессмысленным и жестоким. Йим была так расстроена, что удалилась в пыльную комнату и провела там весь день в одиночестве.

Уже в сумерках ее нашла Кара.

– Так вот ты где! Боже, Йим, в чем дело?

Я чувствую себя бесполезной и мешаю.

– Глупая я! – сказала Кара. – А я думала, что ты беспокоишься о Хонусе. Ну что ж, ты не будешь мешать за ужином, который, кстати, вот-вот подадут, – для тебя найдется место. И такой пир приготовили! Для разнообразия у нас будет каша, и она такая вкусная, что мы подаем только половину порции. А еще вода со вкусом эля! Было бы обидно пропустить такое. Как и весёлые шутки Родрика, если уж на то пошло. Ему будет очень не хватать вас. Так что сдувай пыль с одежды и присоединяйся к веселью. А после поможешь мне с одним важным делом.

– Каким?

– Есть кое-что, что мы должны убить. Но не лезь на рожон. Скоро ты узнаешь об этом. А теперь пойдем.

Уговоры Кары несколько разрядили настроение Йим, и она смогла казаться спокойной во время трапезы. Когда все закончилось, Кара проводила ее в спальню.

– Мы должны быть одеты как следует, – сказала Кара, – прежде чем убить этого врага.

В ответ на недоуменный взгляд Йим она сказала:

– Надень ночную одежду.

Пока Йим облачалась в свою старую рабскую тунику, Кара переоделась в коротенький свободный халат. Затем она забралась в постель, потянулась и достала темно-зеленый флакон. Похлопав по месту рядом с собой на просторном матрасе, она сказала:

– Присоединяйтесь ко мне на поле битвы. Сегодня вечером мы убьем эту бутылку.

– Что в ней?

– Старый клановый рецепт. Фальфхисси, что означает «вода смеха». Ты хандришь уже три дня подряд. Сегодня я напою тебя как следует.

Йим посмотрел на бутылку, которую держала Кара. Она была покрыта пылью, за исключением тех мест, к которым прикоснулась Кара. Жидкость внутри казалась черной, и Йим сомневалась, стоит ли ее пить.

– Я пила только один раз. Тогда я выплакала все глаза.

– Ну, даже плакать было бы лучше! Ты ведешь себя как тюфяк с тех пор, как Хонус уехал. Ладно, ты Носитель и должна казаться неунывающей. Но не рядом со мной. Я твой друг! Ты можешь поделиться своим горем.

Кара сломала сургучную печать на горлышке бутылки, вытащила деревянную пробку, вытерла пыль с горлышка, поднесла к губам и сделала долгий глоток.

– И это поможет».

На глаза Йим навернулись слезы.

– За всю мою жизнь у меня никогда не было друга, – сказала она срывающимся от эмоций голосом. – Моя хранительница позаботилась об этом.

Кара отреагировала на слезы Йим, обняв ее.

– Теперь у тебя есть подруга, и мы собираемся напиться вместе.

Она отпустила Йим и протянула ей бутылку.

– Сделай глоток.

Йим сделала маленький глоток. Жидкость была сладкой, с привкусом меда и каких-то специй, с которыми она раньше не сталкивалась. Это был сложный и приятный вкус, хотя при глотании жидкость немного обожгла горло. Она сделала второй, больший глоток. Вскоре в животе у нее появилось приятное тепло. Она передала бутылку Каре, та сделала еще один глоток и вернула ее обратно.

– Значит, это фальфхисси, – сказала Йим, сделав большой глоток. – Никогда о таком не слышала.

– Дар привезла рецепт с севера. Это то, что пили орки. Мать сама приготовила эту партию, так что она особенная. Я много раз наблюдала, как она готовит этот напиток. Варишь белый корень и даешь ему настояться, пока он не станет пузырчатым и вонючим. Затем ты нагреваешь его в медном котелке с такой штукой, как остроконечная шляпа, которая ловит пар, но это не совсем пар, потому что он превращается в горящую воду. Эту воду смешивают со специальными черными семенами и дают ей настояться. Затем семь раз процедишь ее через ткань, добавь мед и разлей по бутылкам. Чем старше он становится, тем вкуснее.