– Ты никогда не задумывался, зачем мы это делаем? – Неожиданно выдал ворон.

– В смысле на кой чёрт несемся по дороге, под восемьдесят километров в час, в кромешной тьме с одной фарой, и в машине, которая разваливается на ходу?

– Да нет же. К подобным твоим причудам я уже давно привык. Сдохнешь так сдохнешь, это твоя жизнь. – Щелкнул клювом ворон. – Я о тварях изнанки. Сколько лет живу, столько каждый мой хозяин, занимался истреблением этой мерзости, ползущей из всех щелей в наш мир.

– Ну ты выдал. – Удивленно вскинулся я. – Чего это тебя на философствования пробило?

– Да так… задумался просто. Так как?

– Тебе мало того, что эти твари едят людей? Питаются их жизнями, мыслями, переживаниями и эмоциями.

– И?

– Вот теперь ты меня начинаешь пугать по настоящему, мой пернатый спутник.

– Просто задумался, сколь мало мы знаем о пришедших из-за завесы тварях.

Несколько минут, мы ехали по ночной дороге в полном молчании. Лишь тусклый свет единственной работающей фары, разгонял сумрак ночи, давая хотя минимальный обзор.

– В каждой семье есть отдельные группы колдунов, изучающих как самих тварей, так и изнанку. – Наконец подумав, ответил я. – Чёрт его знает, как далеко и глубоко они смогли продвинуться в этом вопросе, но то, что мы все заинтересованы в получении ответов, я не сомневаюсь. Твари завесы, слишком большая опасность, что бы мы не попытались ее уничтожить раз и навсегда.

– Далеко продвинулись?

– Чего не знаю, того не знаю. – Пожал плечами я.

– Вот. Скажу тебе по большому секрету, за последнее столетие, мы ни на миллиметр не продвинулись в этом вопросе. Не могу, конечно, ручаться за всех колдунов мира, но конкретно в нашей стране, удручающе мало знают о тварях изнанки. В сущности, нам известна только общая информация, о том, как убивать ту или иную тварь. Ее слабости и повадки. Но все это лишь помогает бороться с тварями.

– Этого уже не мало. По крайней мере, для меня, так и вовсе достаточно.

– И тебя совершенно не интересует, кто они, как попадают в наш мир, что такое завеса и как она образовалась? – Повернул в мою сторону клюв ворон. – Ведь нам известно о многих мирах, те же неглины, приходят из мира, во многих отношениях изученного. Но завеса…

– Мы не знаем что такое завеса. Отдельные твари могут через нее проскочить, но человек… Помнишь ту экспедицию, собранную международной конференцией колдунов. Там ведь были далеко не олухи. Серьезные ребята, обладающие немалой силой и целью жизни, разгадать тайну завесы миров. Что с ними стало, помнишь?

– Они не вернулись. Не вышли на связь, хотя захватили с собой все возможные артефакты, способные пробивать канал связи, даже сквозь самую мощную блокировку. Но это все не означает, того факта, что не нужно пробовать еще и еще. Мир за пределами завесы, откуда приходят твари, словно кость в нашем горле, не позволяющая нам вдохнуть полной грудью.

– Ну-ну. А если завеса просто падет, и на наш мир обрушатся легионы тварей? Бесчисленная орда, совладать с которой не смогут все колдуны мира.

Ворон промолчал. Подобные дискуссии, у нас с ним случались часто. Фамильяра живо интересовала тема мира завесы и изучения тварей. Его прошлый хозяин, мой дальний родич, был, если можно так выразиться, естествознателем, живо интересующимся темой завесы миров и всего связанного с ней. Этой идеей он даже умудрился заразить Себастьяна, который не одну сотню раз, пытался меня направить на этот путь. Не то что бы мне самому было это не интересно, но тратить свою жизнь, сидя на одном месте изучая таинственную «ткань» между мирами, это явно не та судьба, к которой я стремился.

Ворон молчал, обдумывая наш разговор и переваривая вымышленные обиды на местных жителей, продавших нам ржавое ведро с болтами, втридорога. Сам Себастьян, не смотря на тот факт, что был вороном фамиляром, являлся натурой более чем обидчивой. Он воспринимал эти потраченные деньги, не как мои деньги, или деньги семьи, а как наши с ним заработанные доходы. Средства, выделенные фондом нашей семьи, семьи Черновых. Видимо каждый фамильяр, в какой-то момент, начинал считать колдовскую семью, которой служит, семьей собственной, членом которой он является. Не скажу что это не так, просто мое личное отношение к роду… не так, не к семье, а к большинству ее членов, было далеко не столь радужное как у ворона. Именно по этому, я воспринимал все эти ситуации, куда легче, чем пернатый прощелыга, который кроме всего прочего, мог обидеться буквально на каждую мелочь, затаив в душе обиду и отомстив «обидчику» спустя многие годы.

– Ты свернул с дороги на Магнитогорск. – Заметил ворон, когда машина свернула на шоссейной дороге, в сторону.

– А ты приметливый. – Хмыкнул я. – Гляди какие степи и леса вокруг. Эх, красота. Особенно при лунном свете.

– Ты ведь говорил мы едем в Магнитогорск. – Не дал сбить себя с мысли Себастьян. – Постой…

– Просто немного изменим маршрут. Заскочим в еще один город на пути, а в Магнитогорск, доберемся чуть позже.

Я нацепил на лицо, самую невинную улыбку из всех возможных. Вот только, обмануть фамильяра у меня не получилось. Ворон в гневе взмахнул крыльями, задев липучку ёлочку, отвалившуюся в дыру в полу.