«Но не забывай, что ты в гостях!» — добавил ложку дегтя внутренний голос. Причем сделал это крайне ехидно и с видимым удовольствием.

«Вот ты ж засранец! — с чувством отозвался старший помощник. — Не можешь не поднасрать! Все настроение испортил, хорек!»

«Я — правдоруб, а не хорек!» — с апломбом заявил голос и гордо замолчал с видом оскорбленной невинности.

А Денис, более не вступая в пререкания с паршивцем, решил, что хватит валяться — надо делом заниматься (практически стихи), и для претворения этого решения в жизнь, сначала посетил ванную комнату, где привел себя в порядок, затем подкрепился, без малейшего смущения затребовав у Бейзы черную икру, масло, хлеб и сок — ну, а что? — хозяйка сказала чувствовать себя, как дома, так кто он такой, чтобы нарушать ее распоряжения? — дома так дома, а уже затем распорядился, чтобы домоправительница отвела его в библиотеку.

Вкушая наисвежайшую икорку, лежащую на кусочке масла превосходного качества, который, в свою очередь, расположился на еще теплой булке, напоминающей ароматом ту, которая родом их детства и вкуснее которой потом уже не было никогда, запивая всю эту роскошь настоящим гранатовым соком, который может быть выжат только из плодов, выросших и созревших рядом с экватором — азербайджанский гранатовый сок — это не гранатовый сок, старший помощник расслабленно размышлял о некоем несоответствии, замеченном им во всех трех девушках: Кире, Тире и Лире.

Несоответствие заключалось в юных, правда великолепно оформившихся телах и еще более юных мордашках барышень, которые будучи прикреплены к менее развитым титечкам и менее круглым попочкам, могли бы вызвать обвинения Дениса в педофилии и совершенно необузданном темпераменте всех троих целительниц, свойственном не юным девушкам, а дамам бальзаковского возраста. Во время сексуального общения с «врачихами» старший помощник чувствовал себя юнгой, попавшим в руки ведущих передачи «Давай поженимся».

«Это на них так целительский Дар действует!» — высказал свое мнение внутренний голос.

«А может просто нимфоманки!» — с циничной усмешкой выдвинул свою гипотезу носитель.

«Ага! — хмыкнул голос. — По этому критерию и отбирают!»

«Почему нет? — мысленно пожал плечами Денис. — Проверяют. Если нимфоманка — вперед! На учебу!»

«Думаешь?..» — засомневался голос.

«Хрен знает… — признался старший помощник. — Но что-то общее для все троих должно быть!»

«Будешь доискиваться?»

«Нет, — решительно отверг это предположение Денис. — Нам татарам все равно!»

«Лишь бы баба была хорошая!» — окончательно вербализировал чеканную формулировку голос.

«Именно!» — поддержал его носитель и оба гаденько захихикали. Вот все-таки права народная мудрость: яблочко от яблоньки недалеко падает. Что голос, что носитель — те еще типы. А с виду интеллигенция…

Скажем прямо — до Великой Александрийской библиотеки библиотека Киры, конечно же, недотягивал, но тоже была вполне ничего себе. Занимала она комнату площадью метров сто квадратных (на вид), а может и побольше — старший помощник ее рулеткой не обмерял, так что мог немного и ошибиться.

Высокие стеллажи располагались вдоль стен и два по центру помещения. По причине дневного времени суток и солнечной погоды, освещение было естественное — через два больших панорамных окна, но наверняка имелись и магические светильники — не факелами же освещать библиотеку? Нет, для шумеров, аккадцев и прочих вавилонян с ассирийцами с их глиняными табличками, открытый огонь в библиотеке был не более опасен, чем голая задница ежу, но для бумажных книг факельное освещение — это как-то не комильфо. Конечно, за неимением гербовой можно подтираться и лопухом — многие века люди работали со свечками, но так и горели часто — так что если можно обойтись без открытого огня в библиотеке, надо обходиться!

Для серьезной работы имелся письменный стол, с письменными же — вот удивительно! принадлежностями, вкупе со стопкой чистой бумаги — все было организовано по-взрослому. К столу прилагался жесткий резной стул на котором не закемаришь и от умных мыслей не отвлечешься, а будешь прилагать все силы, чтобы побыстрее выполнить задание и переместится на более удобную мебель.

А вот для чтения всякого рода бульварной литературы имелось удобное мягкое кресло, в котором можно было уютно устроиться и почитать всякую развлекательную галиматью. Ну, по крайней мере, старший помощник именно так оценил имеющуюся мебель, кроме которой в библиотеке еще имелась бамбуковая стремянка — стеллажи были достаточно высокими, так что без нее никак.

— Слушай… — задумчиво протянул Денис, внимательно оглядев все это великолепие. — А по какому принципу книги расставлены?

— Чево!?! — изумилась Бейза, глядя на старшего помощника, как Командор на Дон Жуана… или наоборот? — неважно, главное, что с широко распахнувшимися от удивления глазами. — Я сюда вообще никогда не захожу! Что мне тут делать!?

— Логично… — пробормотал себе под нос старший помощник. — Делать тебе здесь нечего — соглашусь. А кто тогда наводит здесь порядок? — перешел он в контратаку, ибо помещение сияло чистотой, а на корешках многочисленных книг не было ни пылинки. — А!?!