Обер-фенрих знал, что скоро ослабеет — стрела торчала в бедре. Вернее, половина стрелы — когда обломал половину древка со светлым оперением ястребиных перьев, хоть убей, не помнилось. Сейчас больно и движению сильно мешает, но не это главное. Кровопотеря уносит силы, вся штанина уже черная и пропитавшаяся…

Арбалетное ложе знакомо благоухало маслом пропитки и оружейной смазкой. Верн плавно выжал спуск… болт точно ударил воина с роскошной шевелюрой. Видимо, не смертельно… в плечо… это неважно, сбило красавцу бег…

…Тугой щелчок взведенного оружия, следующий болт ложится в прекрасно отполированный направляющий желоб. Вот в чем преуспел «Хамбур-Арсенал» так это в производстве надежных механизмов армейских арбалетов. За спиной обер-фенриха фыркали и топтались укрывшиеся за камнями ламы — переживают четвероногие друзья. Оно и верно, промахиваться нельзя. В резерве имелись гранаты, но в данной ситуации метать их сложно и неоправданно…

… Винтовочный выстрел прогремел неожиданно гулко, словно из пушки долбанули. Засевшего по другую сторону камней ботаника видно не было, но стрелял несомненно он… больше-то и некому…

Пуля «маузера» поразила в грудь немолодого тресго, двигавшегося в центре атакующих — рухнул как подкошенный, только ноги в высоких сапогах чуть взбрыкнули.

— Отлично! — завопил Вольц, вскидывая из-за края щита ствол приготовленного «курц-курц». — Вождь сражен! Бьем самых толстых! Пли!

Они с Фетте разом выстрелили из огнестрелов… ну, вернее, Фетте выстрелил и свалил великана с огромной палицей, а у Вольца случилась осечка. Начальник штаба, не теряя время на ругань, схватил ждавший своего мгновения пи-лум…

…но атакующие уже скомкали атаку… разом брызнули в стороны, мгновенно подхватили раненых и большую часть мертвых соплеменников, через миг лишь кусты кое-где шевелились, словно и не было тут никого.

В спину стрелять Верн не стал. Имело смысл сберечь болт, да и вообще…

Вольц и Фетте, закинув за спину щиты, бегом поднимались по склону. Да, повторная атака противника не исключена.

— Ты жив? Куда ранен? — на бегу прохрипел начальник штаба.

— Вполне жив, но бедро перетянуть нужно. И стрелу извлечь. Вытекаю, — пояснил Верн.

— Сейчас. Отличный бой! Ты был свиреп, как матерый львиный самец. Впрочем, иного я и не ожидал. Но каков наш ботаник?! Меткий выстрел в исключительно удачный момент! Кто бы мог ожидать от изнеженной замковой дойч-размазни?!

— Благодарю, — отозвался из-за камня научный специалист. — Но у нас сбежал Брек. Выдернул у меня повод и дал деру.

— Трусливая меховая задница! Будет подвергнут строгому дисциплинарному взысканию — пообещал Вольц, поспешно раскрывая медицинскую сумку. — Этот бесчестный лам — единственное темное пятно на безупречной репутации нашего славного отряда. Верн, дружище, это твое упущение. Лам ведь был твоим другом.

— Не болтай! — взмолился Верн, протирая о «чистую» штанину извлеченный из подсумка болт. — Я уже в предвкушении.

— Спокойно, у меня легкая и нежная рука. Хотя и не все столичные фрау это осознают, — посетовал начальник штаба, дезинфицируя шнапсом медицинен-экстрактор.

По традиции Верн сделал глоток из фляги — перелитый в походную посуду «Черный сапог» порядком утерял свой великолепный вкус, но запах и крепость исправно ударили по мозгу. Оставалось зажать зубами древко арбалетного болта и терпеть. Можно закрыть глаза, но командиры отрядов такого себе не позволяют.

…Встреча с проникающими в окровавленную плоть щипцами-экстракторами неизменно приносит ярчайшие ощущения. Прямо вообще несравненные. Но экстрактор спас немало солдатских конечностей и жизней, с этим не поспоришь.

— Кость не задета, наконечник стандартный, медный, не сломался! — провозгласил Вольц, рассматривая зажатую в щипцах добычу.

Верн особо восхититься не мог — только мычал. Впрочем, обезболивающее помогло. Через час раненый уже припрыгивал-хромал, обхватывая за шею Черноносого. Оставаться у холма было опасно — к тресго может подойти еще один воинский отряд.

Обер-фенрих хромал, проклинал стрелы, врагов и дезертира-Брека. Боль пробудила глубинные запасы красноречия, товарищи и ламы похихикивали и похрюкивали. Только Черноносый одобрял молча — ему тоже было тяжеловато.

В паузах между бранью Верн обсуждал с начальником штаба срочное изменение маршрута. Следовало запутать следы, тресго наверняка залижут раны и попытаются выследить эстерштайнцев. Кирасы, огнестрел, стальное оружие, хорошо обученные ламы, да и собственно головы солдат — весьма лакомая добыча.