Шрифт:
Было слышно, как тяжело Камалю.
Я опустилась на пол прямо посреди комнаты. Я не считала наш дом в Бирмингеме своим домом, но там выросла Юна, и все же он был ценен для меня.
– Для нас подготовят другой дом, который я выкупил несколько лет назад в качестве склада. Это займет время.
– Сколько?
– Задержимся в Волгограде еще ненадолго. К этому времени найдут поджигателя.
– Они знали, что дома никого нет?
– Не знаю, – процедил Камаль. – Надо переждать. Я найду квартиру в Волгограде, мы съедем завтра.
– Хорошо…
– Ясь, ты как?
– Плохо. А что с тобой?
– Все в норме, я скоро приеду к тебе.
– Это из-за оружия? Кто-то ищет оружие, которого у тебя теперь навалом?! – обвиняю Камаля во всех грехах.
– Ясь…
Бросив трубку, опускаю руки вдоль тела.
В это время на телефон приходит автоматическая рассылка – приглашение на день рождения Мурада, оно состоится на следующей неделе на яхте.
Я стираю сообщение, потому что настроения праздновать что-либо больше нет и ни на какую яхту мы не поедем тем более.
Мы уехали из дома, но вернемся в никуда, эта новость убивает.
Душ кажется мне единственным способом снять напряжение, пока дочь спит. Я раздеваюсь, включаю горячую воду и встаю под струи воды. Вода расслабляет затекшие мышцы, смывая с меня все тревоги прошедшего вечера. Горячие струи воды скользят по моему телу, и я закрываю глаза, пытаясь хотя бы на несколько минут забыть обо всем.
Об Эльмане и Юне.
О сгоревшем доме.
О невинном поцелуе, который оставила на губах Эльмана несколько минут назад. Я могла бы поцеловать его серьезно, только обручальное кольцо обжигало палец и напоминало о клятвах Камалю.
Прикоснувшись к губам, я чувствую, как они горят.
Я перестаю следить за временем, но когда я открываю глаза, то вижу вокруг себя кромешный сгусток пара и ничего больше. Похоже, что я включила слишком горячую воду, но мне было очень хорошо. Когда тело перестало быть деревянным, я смогла помыть волосы и уже собиралась выходить из душа, как неожиданно хлопнула дверь.
Камаль обещал, что скоро приедет, поэтому у меня нет ни капли сомнения – это он.
– Камаль, подай мне полотенце.
Ответа не последовало, но вместо этого я услышала медленные до боли знакомые шаги.
– Это не Камаль.
Глава 8
– Это не Камаль.
Распахнув глаза, я в изумлении встречаюсь с темным, полыхающим взглядом Эльмана. Я была обнажена перед ним, а он даже не отвел своих глаз. Напротив, его взгляд был тяжелым, полным гнева и чего-то еще, от чего у меня сжались внутренности.
Эльман был словно призраком прошлого, который ворвался в мой нынешний мир, чтобы разрушить то хрупкое спокойствие. Спокойствие, что я выстраивала годами. Тихая гавань, штиль, безветрие – так бы я описала свой брак с Камалем, и сейчас все это давало трещину.
– Выйди! Выйди немедленно, слышишь? – повторяю несколько раз, но ему словно все равно. Он не слышит меня. Он одурманен, а его взгляд расфокусирован.
– Ты думала, что можешь рыться в моих вещах и остаться безнаказанной? – его голос прорезает воздух, словно сталь, режущая кожу. Я сжимаюсь, прикрываясь рукой, пытаясь скрыться от его взгляда, но это было невозможно.
Он видел меня обнаженной.
Он пробовал меня в разных позах.
Секс с ним был сладким и запретным, от которого остались лишь мучительные воспоминания, только и всего. Больше он не может смотреть на меня и больше не может трогать. Между нами – пропасть из времени, тайн и ненависти.
– Я не собиралась… – пытаюсь оправдаться, но слова тонут в грохоте воды. Я вижу, как его челюсти сжимаются, а взгляд темнеет еще сильнее. Эльман шагает ближе, отрезая меня от выхода, и я чувствую, как жар от воды сменяется холодом его гнева.
– Закрой рот, Ясмин, – он приближается ко мне так близко, что я ощущаю тепло его дыхания на себе.
Боже.
В доме мы были совсем одни. Что, если он захочет завершить зверство, начатое несколько лет тому назад? Я не понимала: осталось ли это в прошлом или мне грозила опасность?
Два года назад он тушил сигареты об мои губы, он был разгневан моим предательством и обещал, что я не достанусь больше никому. Как показало время – досталась…
Когда Эльман дотрагивается до меня, я отшатываюсь. От воспоминаний былой летней страсти меня прошибает пот, а в низу живота ударяет током. Я упираюсь мокрыми ладонями в каменную сильную грудь и на секунду я ощущаю, как бьется его сердце.
Бешено, люто, раздирающе бьется.
Кажется, что оно не билось уже долгие годы, а теперь забилось с удвоенной силой. Из-за меня.