– Да ладно, – только и выдал потрясённо. – Да ты издеваешься.

– Почему? – она наклонила голову, будто это я сейчас ляпнул что-то неадекватное. – Это нормально. У нас так живут.

– У нас, – повторил за ней, чувствуя, как мой внутренний мир трескается по одной из оставшихся осей. – А у нас не живут. У нас это… кладбище уже.

Она не сразу поняла. Показал руками: "усыпальница", "сосны", "мрамор", – и, кажется, дошло.

– У вас люди умирают в сто лет?

– Нет, если очень повезёт, то в девяносто. Если не повезёт – в шестьдесят и даже раньше.

– Ох.

Ох. Да. Сам сказал бы то же самое.

Оказалось, в их Империи средняя продолжительность жизни – пятьсот, а то и семьсот лет. Не у всех, конечно, не на всех планетах. Особенно у всяких религиозных фанатиков, но у нормальных – вполне. Причём не за счёт какой-то магии или душ животных. Всё проще – замещающая терапия. Они там шутят: "Две капсулы в день – и ты бессмертен, почти". Красная с утра, синяя на ночь. Или наоборот, уже забыл, у меня в тот момент мозг плавился.

И, да, без них они тоже живут долго – двести с хвостиком. Биология у них просто такая, хоть и человек. Человек, Карл, а не какие-нибудь псевдоэнты с Венеры.

Честно пытался понять, как же это работает. Она объясняла, терпеливо, водя пальцем по какой-то схеме на интерфейсе. Там были слова вроде "деградация теломеразы", "регенеративные вектора" и "модуляция эпигенома". Кивал молча, будто понимал. Вид делал умный. Хотя честно? Понял только, что, если подсесть на их препараты, можно жить. Долго. Мне тоже. Я ведь человек….

И впервые за всё это время… во мне загорелась надежда. Маленькая. Осторожная. Затаённая.

А вдруг нас найдут? Вдруг не просто доживу, а буду жить? Может, лет сто ещё. Или двести. И не на капельнице, а полноценно.

Всё это время ведь думал, что всё кончено. Что и выживание – это так, отсрочка от забвения. А тут – шанс. Случайный, нелепый, да, но реальный.

Но потом она выложила бомбу покрупнее. Не жизнь, а прямо рождественский календарь с сюрпризами.

– Я принцесса, – сказала она.

– …чего?

– Принцесса. Такой титул. Так-то таких нас много.

И она рассмеялась. Впервые так свободно, так по-настоящему. Сбросила весь лёд и дистанцию одним этим смехом. И я, с круглыми глазами, даже не знал, чего больше бояться – самой новости или её отношения к ней.

Оказалось, в их Империи принцесс миллиарды. Буквально. Там и нселение считается безумными цифрами. Миллионы обитаемых планет….

Каждая дочка титулованного автоматически получает титул, пусть даже родилась в коммуналке и с алюминиевой ложкой в зубах. Потому что титул – не власть, а обязательство. Им нельзя наследовать трон. Нельзя командовать флотом без назначения. Они – просто… ну, принцессы.

– У меня нет дворца, – сказала она, – нет замка, даже подданных нет. Никто не обязан мне подчиняться. Но… кое-какие преференции всё же есть.

Например, корабль. Этот вот, на котором мы застряли. Её корабль. Весь. Вся его громада.

– Купила, – сказала она. – В кредит.

– В кредит?

– Да. У нас дают кредиты тем, кто с титулом. Даже если у тебя ничего нет. Главное – показать стремление к независимости.

У них, оказывается, политика такая. Империя считает, что титулованные особы не должны жить в нищете, если только сами того не захотят. А если хотят работать, развиваться, летать – им помогают. Кредиты под ноль. Субсидии. Программы поддержки. Бонусы и всё такое.

И да, она работает. Не в смысле "посещает встречи и благотворительные приёмы". А работает, таскает грузы, обслуживает станции, возит клиентов – пилот с лицензией.

И этот корабль – её первая покупка. Относительно новая, но уже с характером. Потому что, как она призналась со смущённой улыбкой, купила его по акции – "бери сломанное, чини сам".

А чинила как умела, на заработанное.

Вот и получилось, что принцесса-инженер и солдат-отшельник теперь вдвоём в чужом небе, смотрят на умирающий экран, греются остатками энергосети и обсуждают таблетки молодости.

Легко назвал бы это бредом. Ещё месяц назад точно бы назвал. А теперь… Теперь – это моя реальность.

И если честно – мне в ней даже немного теплее, чем в прежней.

Но с другой стороны, чем больше узнавал, тем горше становилось осознание.

Эскадра. Наша. Флот, гордость Союза, построенный, собранный из самого лучшего. Те самые два линкора, что собирали почти десятилетие. Крейсера, у которых корпуса перекраивали на ходу. Эсминцы – проект «Гроза-3. Все они…. Все они сгорели.