— Эндрю, — звучно произнес он, переступая через инструменты, разбросанные по площадке, — почему ты не сказал мне, что у нас гости? — Повернувшись к нам, он представился: — Я Невил Уэстон, руководитель проекта. Как поживаете?

— Полагаю, что рад познакомиться с вами, мистер Уэстон, — ответил профессор, ухитрившись передать легкое раздражение тем, как с нами обращались до сих пор. — Я, доктор Неттлтон, и мой коллега мистер Гиллис, — объявил он. — Мы совершенно не собирались вас беспокоить, но я уже говорил вашему человеку, что мы проделали долгий путь, чтобы увидеть это место. Видите ли, мы интересуемся историей этой местности.

— Понимаю, — ответил Уэстон. Он кивнул своим людям. — Спасибо, Эндрю, Эдвард. Я разберусь с этим. — Он улыбнулся нам довольно холодно. — Это частный проект, поэтому, к сожалению, мы не можем пускать посетителей без предварительного разрешения. Такова политика совета директоров. Я тут ни причем. — Говоря так, Уэстон ловко втерся между нами и попытался увести от пирамиды. Но Неттлса не так легко было отвлечь. Он встал как вкопанный.

— Да, да, я знаю, как это бывает, поверьте мне. Мы и не предполагали вмешиваться. — Он повернулся к пирамиде. — Но мы, видите ли, прибыли из Оксфорда.

— Понимаю, — сочувственно кивнул Уэстон. — Уверен, мы сможем что-нибудь придумать. Позвоните мне завтра. Сейчас уже поздно, мы закрываем раскопки на ночь.

Неттлс подошел к пирамиде и протянул руку, словно умоляя ее помочь ему.

— Нет, так не получится, — сказал он. — Мы никак не ожидали встретить здесь людей. Давайте придумаем какой-нибудь другой план.

— Сожалею, — твердо ответил Уэстон и снова улыбнулся своей ни к чему не обязывающей улыбкой. Я видел, что разговор идет к концу.

— Он прав, профессор. Уже поздно, — сказал я, вклиниваясь в разговор. — Пойдемте отсюда.

Неттлс тяжело вздохнул; его плечи опустились.

— Да, наверное, придется так и сделать, — сказал он, но не пошевелился.

Обращаясь у Уэстону, я сказал:

— Может быть, вы не будете возражать, если мы, прежде чем уйти, быстренько осмотрим пирамиду? Это не займет и минуты. — Я постарался, чтобы это звучало так, будто эта простая просьба настолько очевидна, что никто не сможет отказать. — У нас впереди долгий путь, а я прошу совсем немного. Это быстро, а для нас это много значит.

Уэстон готов был отказать, я это видел совершенно отчетливо. Чем бы ни занимались эти метафизические археологи, они определенно были людьми жестокосердными, скрытными и враждебными. Пожалуй, ни к чему хорошему это не вело. Не дав Уэстону возразить, я разыграл свою козырную карту.

— Тогда нам не придется беспокоить Роберта и Мораг. — Я повернулся к профессору.

Неттлс, благослови его бог, оказался достаточно проницательным.

— Конечно, конечно, — закивал он, — я уверен, что Гранты предпочли бы не вмешиваться в наши пустяковые дела. Мистер Грант — занятой человек. Не хотелось бы беспокоить его без особой надобности.

Я видел, как Уэстон взвешивает риски, которые последуют за его отказом. Он колебался, и я решил прекратить дискуссию.

— Мы просто обойдем пирамиду и отправимся восвояси. Что скажете?

— Хорошо, — наконец решился он. — Мне бы не следовало соглашаться, но раз вы — гости Грантов, мне не хотелось бы их лишний раз беспокоить.

— Конечно, — радостно кивнул профессор. — Ну, Льюис, давайте быстренько осмотрим пирамиду, а потом пойдем. — Договаривал он уже на ходу.

Мы направились к пирамиде. Казалось, наши шаги вызвали на окрестных деревьях переполох. Я посмотрел и увидел, как десятки, нет сотни ворон кружат над верхними ветвями. Их черные силуэты на фоне темного, как вороненая сталь, неба вызвали у меня довольно неприятное чувство. Птицы чертовски расшумелись, словно не хотели подпускать нас к пирамиде.

Достигнув основания пирамиды, Неттлс шепнул мне через плечо:

— Не обращайте на них внимания. — Я не мог понять, кого он имеет в виду: ворон или людей. Мы начали обход пирамиды. Уэстон наблюдал за нами, скрестив руки на груди. На лице его отображались сложные противоречивые чувства. Как только мы скрылись из его поля зрения, Неттлс спросил:

— Вы же говорили, что оставили что-то Саймону?

— Банковскую карту, — ответил я. — Это его же Barclaycard — я сунул ее в щель у входа.

— Хорошо бы ее найти, — сказал он. — Нельзя оставлять им такую улику.

Мы обогнули пирамиду и увидели палатку и несколько ям. Рядом стояли двое мужчин. Не двигаясь с места, они наблюдали за нами. Уэстон так и стоял там, где мы его оставили. Когда мы вернулись к нему, Неттлс громко сказал:

— Вот видите, Льюис, типичная пирамида того времени. Камень, должно быть, из близлежащей долины — они использовали для строительства все, что попадалось под руку…

Кивнув хмурому Уэстону, мы продолжили обход под хриплый вороний ор. Они орали изо всех сил. Я посмотрел на ветви кружащихся деревьев и чуть не упал: вороны, кругом одни вороны; они сидели на каждой ветке каждого дерева. Их было так много, что становилось жутко. Они растопыривали крылья, разевали клювы, перелетали с ветки на ветку. И, кажется, они были ужасно злы!