– Да брось... Ирэн, - насупился он.

– Ого, вспомнили мое имя?
– съязвила я.
– Похоже, что-то в шахте сдохло.

...Размером с дракона.

По уму надо было промолчать. Какой смысл что-то доказывать этому... донору спермы, как выразилась бы моя сестра Грета?

Приятель папенькин хмыкнул, а сам он побагровел, однако заставил себя улыбнуться.

– Хватит уже обижаться, дочка.

Ева заинтересованно приподняла бровь и повторила одними губами: "Дочка?"

Я только плечом дернула.

Любимую крестовую отвертку готова поставить против куска старой изоленты, что многоуважаемому мастеру Неодиму что-то от меня надо. Вот только что?

Неужели об одинокой старости задумался? Некому поднести пресловутый стакан воды? Поздновато спохватился.

– Миссис Бейкер пришла, - дернула Еву за рукав Миртл.
– Побежали скорей!

Начальница у девчонок была строгая. За слишком долгую отлучку могла отчитать или, хуже того, заставить чистить артефакт-пылесборник. То еще удовольствие, прямо скажем.

– Я вам не дочка, мистер!

Улыбку папеньки словно гвоздями приколотили.

– Ирэн, милая, - он понизил голос, будто от волнения.
– Я понимаю, что твоя мать настроила тебя против меня, но...

– Маму - не трожь, - посоветовала я мрачно. Приласкать бы его разводным ключом по голове!.. Эх, свидетелей многовато.

– Ладно, как скажешь, - гном поднял руки и примирительно улыбнулся.
– Дочка, я не хочу ничего плохого.

Само собой. Он хочет исключительно хорошего. Вопрос только - кому?

А сдал старик, заметно сдал. Лицо обрюзгло, шея над белейшим стоячим воротничком собралась некрасивыми складками, ухоженная борода поседела.

– И чем же многоуважаемый мастер решил меня порадовать на... пятнадцатую годовщину нашей последней встречи? Или сколько там лет прошло?

Папенька гневно свел брови... и тут же опомнился, разулыбался еще шире:

– Дочка, познакомься. Это Мастер Титан из Серебряной жилы.

И подмигнул эдак, со значением. Или это нервный тик?

Погодите-ка! Жилы - они же Дома - идут по старшинству. Платиновая жила - король с семейством. Золотая жила - родня чуть подальше. Потом Серебряная, Алюминиевая, Медная, Железная, Оловянная...

– Многоуважаемый мастер Титан, - продолжил папенька велеречиво, пока я молчала и переваривала, - позвольте представить вам мою единственную дочь и наследницу, Иридию из Алюминиевой жилы.

Дочь и наследницу? С каких это пор? Папенька что, вагонетку лбом тормозил? То знать не хотел дочку-полукровку, а то вдруг возлюбил со страшной силой? Ой, несет от этого всего горелыми контактами...

И Титана этого он явно не просто так притащил.

– Я должна этому радоваться?
– осведомилась я, руки на груди скрестив. Какого болта ему понадобилось?
– Не нужно мне от вас ничего, уважаемые мастера. Идите подобру-поздорову.

– Да как ты!..
– взвился папенька, побагровев, и дернул узел шелкового галстука.

В прошлую нашу встречу одет он был попроще, без такого выпендрежа. Неужели в люди... тьфу, в гномы выбился?

Мастер Титан покосился на него и шагнул вперед. Он был выше папеньки на голову. И, несмотря на дорогой костюм-тройку, цветок в петлице и отглаженный платочек в нагрудном кармане, мастера Титана легко было представить в забое или за станком. Вот папенька, зуб даю, в цеха уже давненько не заглядывал, а этот простой работы не чурался. Плечи широченные, и мозоли на руках явно не от ручки.

– Простите, что побеспокоили вас, Ирэн.
– Голос у него был низкий и приятный, а взгляд внимательный.

Я прищурилась. "Ирэн", значит, не пафосное "Иридия"? А он не дурак.

Кстати, я же его помню! Вчера он читал лекцию о новейших магических и механических методах очистки воздуха в цехах. Надо же, из Серебряной жилы, а так живо интересуется проблемами обычных рабочих гномов. Пожалуй, я бы не отказалась с ним... обсудить тонкости применения угольных фильтров в текстильной промышленности.

Раз мастер Титан не просто какой-то там папенькин знакомый, а нормальный технарь, то хамить ему почем зря мне совесть не позволяла.

– Не обижайтесь, уважаемый мастер, - чуть склонила я голову.
– У нас с... мастером Неодимом давние счеты, вы тут ни при чем.

– Понимаю, - кивнул мастер Титан и задумчиво покосился на багрового, но поразительно молчаливого папеньку. Кажется, тот его в тонкости наших взаимоотношений не посвятил.

Занимательный разговор прервали новые гости.