Так глупо это все!

Качаю головой и швыряю бесполезный золотой атрибут якобы счастливой семейной жизни в верхний ящик стола, надеясь, что он там потеряется навсегда.

Мама еще болеет все чаще и про развод ничего не знает. Последний приступ еле пережила, но упрямо не желает переезжать ко мне. Мне начинает казаться, что это какая-то причуда пожилого человека: гонять меня через всю страну и смертельно обижаться, если я не прилетаю. А у меня тут новая жизнь, работа как еще одна жизнь. Наверное, она даже на первом месте. Но там ведь мама… Не бросишь.

– О-о-о! Я смотрю, кому-то нужна волшебная чашка кофе, – в кабинет входит Катя Шмидт, психолог и мотиватор нашей команды. Умная, решительная и чертовски харизматичная женщина, к которой все относятся с большим уважением. Мы с ней стараемся держаться вместе в этом мужском царстве.

– Привет. Не откажусь, но у меня только растворимый, – виновато улыбаюсь ей.

Катя смешно морщит переносицу, и сама ставит для нас чайник.

– Рассказывай, – садится напротив меня.

– Как подруге или как психологу? – Подтягиваю к себе чемодан и достаю из него сладости, которые привезла с собой из «Владика» специально для нее.

– Ну-у-у, – она забирает у меня коробку, внимательно рассматривая этикетку, – взятку я уже получила, – облизывает полные, очень женственные губы, – так что могу и психологом поработать.

И как-то даже дышится сразу легче. Возвращается ощущение стабильности и дома. Он у меня теперь здесь, в девяти с половиной тысячах километров от места, где я выросла, училась и впервые влюбилась, будучи наивной, романтичной и глупой.

Мы с Катей смеемся и разговариваем, пока есть время.

– Ко мне Леший новенького прикрепил. Познакомилась уже? – Отпивая из своей чашки, интересуется она.

– Да. Специфический парень, – постукиваю ногтями по столу, пытаясь подобрать ему более точное определение.

– Дикий, – улыбается Катя.

– Точно! – Шлепаю обеими ладонями по столешницы. – Есть в нем что-то такое. Думаешь, с ним будут проблемы?

– Думаю, что время покажет. Ладно, – подруга поднимается и подмигивает мне. – Пойдем поработаем. Твои на тренировке уже.

– Черт! – Подскакиваю, едва не опрокинув чашку с остатками кофе. – Бежим!

Поправляю халат и торопливо иду в зал, где во всю кипит работа. Слышны только язвительные комментарии Миханыча, лязг железа и тяжелое дыхание спортсменов, а воздух прогрелся и пропах потом вперемешку со спортивным парфюмом.

Прислоняюсь к дверному косяку и наблюдаю за парнями. Тренер по физической подготовке ходит по тренажерному залу с довольной ухмылкой, кивком приветствует меня, одними губами спрашивая: «как дела?» Показываю ему большой палец вверх и получаю еще один кивок. Я точно дома…

Нахожу нашего новенького. Миханыч уже поставил его в пару на тренировке. Затаив дыхание, смотрю, как парень лежит на спине. Наш тринадцатый номер, защитник Андрей Кравченко бросает ему на ступни мяч, а Третьяков его ловко отталкивает обратно в руки партнера. Мне отлично видно, как сейчас работает его тело, как напряжено лицо, а взгляд все такой же жесткий. Права Катя насчет этого мальчика, Дикий.

Он вдруг резко поворачивает голову и впивается этим опасным, темным взглядом в меня. Губы едва вздрагивают в кривой ухмылке. В этот момент парень пропускает мяч и тот ударяет его в живот. Он вздрагивает, шумно выдыхает и возвращается к работе.

– Третьяков, тридцать штрафных отжиманий после основной тренировки, – сообщает ему Миханыч.

Команда посмеивается, зная, что тренер у них хоть и с юмором, но на своих занятиях требует полной отдачи. Без этого не вырастить дисциплинированных профессионалов. Наши тренеры ежедневно воспитывают в парнях много полезных навыков как для спорта, так и для жизни.

Новенький лишь сопит, сосредотачиваясь на технике выполнения упражнения. Я думала, он фыркнет, ответит что-то, но нет, он лишь зубы сжимает и пашет. Будем считать, удивил. Я правда ожидала немного другого.

Они с Андреем меняются местами. Третьяков роняет мяч на ноги партнера и вдруг снова оглядывается на меня. Андрей в этот момент выталкивает мяч в обратную сторону…

Он оказывается в ловких руках новенького за секунду до попадания в лицо.

– Третьяков, если ты не прекратишь отвлекаться, я заставлю тебя жонглировать гирями.

А он лишь усмехается, вновь возвращаясь к работе, только движения становятся резче, и вены на руках проступают четче. Андрею приходится подстраиваться под новый ритм.

– Вот это мне нравится! – Комментирует Миханыч, направляясь ко мне. – Характер у парня, конечно… – Прислоняется к стене, не прекращая следить за процессом тренировки наших ребят. – Ничего, и не таких воспитывали. Сделаем и из этого волчонка человека.

– Хорошего футболиста мне из него сделай, – раздается до мурашек прохладный голос за моей спиной. Привет, Вика, – уверенный шепот касается моего уха.