— Рада была, блять, помочь, — прошипела Алекс.

Улыбка Михаила исчезла. — Ты правда думала, что мусор из сточных канав Святого Города сядет на Змеиный Трон? Воровка, нищенка — мать династии? Говно в роли императрицы? — Он обнажил меч. — Нет, нет, ни за что.

Он шагнул к ней, и Алекс отпрянула к столу, шарив по столешнице в поисках оружия, но нащупала лишь перо.

— Жаль, но... — Герцог приблизился. — В схватке... — Он занес клинок. — Перо не сильнее меча...

Глухой удар... И он пошатнулся. Меч взвизгнул, разрезая воздух. Алекс мельком увидела Санни, пригнувшуюся под лезвием, и тут же исчезнувшую.

— Ты, сука... Ух! — Михаил согнулся, глаза вылезли от боли. Алекс рванулась вперед, но меч все еще метался. Чья-то рука схватила ее за запястье, и она швырнула перо в герцога, выбегая в коридор. Дверь захлопнулась. Санни появилась, повернула ключ и швырнула его прочь.

— Ты вернулась за мной? — прошептала Алекс.

— Конечно.

— Я не заслуживаю тебя.

— Конечно не заслуживаешь, — Санни потянула ее вдоль коридора.

Волчица Вигга оглушила стражника его же мечом так, что клинок сломался, а обломок отскочил в сторону по брусчатке. Вот в чем проблема мечей. Ну, кроме дурацких цен и вечной смазки. Вигга всегда предпочитала что-то потяжелее. Она пригнулась под удар алебарды, ветер от лезвия рвал ее волосы. Вот это — весомо. Она вмазала стражнику обломком эфеса в рот, оставив его голову болтаться, вырвала алебарду из обмякшей руки и швырнула в третьего. Тот успел поднять щит, отбив клинок в кусты, но Вигга уже налетела, схватила его двумя руками, подняла за помятый нагрудник, перевернула вниз головой и всадила черепом в землю.

Может, они заслужили, а может нет. Но такие вопросы задают после смерти. Или лучше не задавать вовсе. Жизнь сложна, но драка должна быть простой. Пока размышляешь о правых и неправых — получишь копьем в грудь. «Сожалеть после боя — прекрасно, — говаривал Олаф, — значит, выжил».

— Вперед! — Брат Диас бежал к Дворцу сквозь стихающий дождь, его силуэт рвался в сгущающихся сумерках. Окна пылали огнями, Пламя Святой Наталии все синело на вершине.

— Он что, возглавляет нас в атаке? — Батист вытерла кинжал о рукав.

— Высунулся, ха! — Вигга хрипло рассмеялась. — Кто бы мог подумать? — Она подхватила копье и рванула следом.

Ей вспомнились те дни до укуса, когда мир казался ярким и полным возможностей. Бег по пляжу с командой, соленый привкус во рту, ветер в лицо, топорище в кулаках. Смех, когда она погружала руки в украденное серебро, и монеты щекотали пальцы. Хихиканье, закалывая свинью просто за то, что жива. Улыбка, когда пырнула упавшего монаха, и тот полз, хлюпая кровью по рассыпанной муке, белой как снег. Как загоняли визжащих монахинь в часовню, запирали двери. Как другие швыряли факелы на соломенную крышу. Она тоже швырнула... Так было принято. Спросила Олафа: «Они заслужили?» Он пожал плечами: «Если нет — остановили бы». Как Харальд хватал ее, прижимая рукой вываливающиеся кишки, розовая лужа на песке, его попытки говорить, прерываемые кашлем с кровью. Кашель стих лишь в море, когда они сбросили его за борт подальше от берега. Он бы лучшим из них, безымянным и забытым. Как делили его долю, а Вигга смотрела на горсть монет сквозь слезы, думая: «Стоило ли?»

Сейчас слезы текли по щекам. Может, не было «лучших времен»? Только мертвые друзья, сожженные монахини, кишки на песке, жалкие монеты и кровь на белом.

Всегда ли все было плохо?

Всегда ли она была плохой?

Даже до укуса?

— Ты в порядке? — Якоб прихрамывал рядом, сжимая ногу.

— Я? — Она вытерла лицо рукой. — Конечно. — Заставила себя засмеяться. — Просто дождь. — Хотя дождь кончился.

У Дворца кипел бой. Повсюду валялись мертвые гвардейцы. Не ее работа, думала она, хотя с трупами всегда возникали сомнения. Запах крови будоражил волчицу внутри, слюна закипала за ребрами. Вигга ударила себя в грудь, заставив тварь скулить, и ясно дала понять, кто здесь в наморднике.

Еще гвардейцы бежали к Дворцу, доспехи поблескивали в свете факелов. Надо отдать этим ублюдкам должное — лезут и лезут.

— Думаете, эти дружелюбные? — пробурчал брат Диас.

— Не ставь на это жизнь. — Вигга кивнула на маяк. — Лезь туда и ищи наших девчонок, Якоб. Я прикрою тут.

Якоб откинулся, стиснув зубы, глядя на Пламя Святой Наталии. — Эти ступеньки меня добьют…

— Жалко будет, если я доберусь до Алекс и случайно прикончу ее. — Вигга пожала плечами. — Я уже дважды чуть не сделала это.

— Она права. — Батист толкнула Якоба к Дворцу. — Я прикрою спину.

Брат Диас сжал челюсти, вставая справа от Вигги. — А я прикрою… другую сторону твоей спины?

Вигга рассмеялась, сунула ему копье, обняла Батист за плечи, а его — за талию.

Напомнило те времена до укуса, когда мир был юн и полон авантюр. Горстка гребцов против всех. Она потрепала Батист, поцеловала брата Диаса в щеку. Не в сексуальном смысле, а как товарищ. Хотя, учитывая, как его борода щекотала губы… может, чуть-чуть и в сексуальном.