– Как спалось на новом месте? – поприветствовал он друга.

– Замечательно, – честно ответил Рус. – Как в детстве. А ты работаешь?

– Да статью для научного журнала кропаю понемногу. Не обращай внимания. С добрым утром, что ли?

– С добрым!

Володя закрыл ноутбук.

– Овсянку для разгона будешь? – спросил он. – Пользительная штука.

– Ну, давай. Диньку вот фиг заставишь утром кашу варить!

– А зачем утром, когда это можно с вечера?

Оказывается, каша уже была готова и ждала своего часа в мультиварке. Едва Володя разложил овсянку по тарелкам, щедро посыпав голубикой и орехами, как Руслан подступил к другу с вопросами:

– Слушай, я же вчера «весь вечер на арене» был, слова тебе сказать не дал. Теперь ты рассказывай!

Володя задумался.

– Знаешь… по сути, рассказывать-то особо и нечего. Вот ты меня через сеть нашел, а там ведь на сайтах все про меня написано – ни прибавить, ни убавить. Живу, работаю. Профессию еще в школе выбрал, в старших классах, и с тех пор ни разу не пожалел. Практикую много, кандидатскую защитил, благо материала навалом. Преподаю иногда, но и сам учусь постоянно – в моем деле без этого никак нельзя. Вот, экзистенциальным подходом последнее время увлекся… Хотя вряд ли тебе это интересно, – спохватился Володя.

– Ну почему же, – вежливо возразил Руслан. – Интересно. Я, правда, плохо понимаю, что это за экзистенциализм такой. За что вы, психологи, в нем ратуете?

– За то, что каждый человек, каждая личность уникальна, – объяснил Володя. – И бессмысленно мерить людей стандартными аршинами или пытаться загнать в какие-то общепринятые рамки или модели.

– Погоди, ну как же так? – удивился Рус. – Разве мы все не бываем похожи в чем-то? Схожие черты характера, и все такое. Или поведение. В определенных ситуациях люди ведут себя либо так, либо этак. Обычно вариантов не столь уж много. Вот, скажем, толкнули тебя в толпе. Ты либо огрызнешься, либо проигнорируешь. Разве по такому принципу психология не делит людей на определенные типы?

– Даже в твоем примере вариантов реакций много больше, – улыбнулся Володя. На его коленях угнездился пушистый Бас, и хозяин неторопливо почесывал его за ушами, а кот млел и таял, как мороженое на солнцепеке. – Кто-то догонит обидчика и надает по морде, кто-то расплачется, а кто-то – наоборот, засмеется. Повторяю: люди уникальны. И непредсказуемы. И даже если отдельные проявления похожи, это ничего не значит. Вот ты вчера про пазл говорил, помнишь? Сравнивал свою жизнь с пазлом. С личностью – то же самое. Кусочки пазла могут быть похожи, но целая картинка в любом случае складывается у каждого своя. Уникальная, единственная в мире. Как бы ни…

Его слова прервал телефонный звонок. Звонила Динька, которая сразу накинулась на Руса:

– Ты почему не отвечаешь?! Я звоню, звоню… Ты живой вообще?!

– И тебе с добрым утром, – опешил он, но Динька не унималась.

– Что вообще за дела? – сердито продолжала она. – Уехал неизвестно куда, неизвестно к кому, телефон молчит! Я что думать должна?!

Руслан покосился на Володю. Интересно, ему слышно Динькины вопли? Не хотелось посвящать друга в неожиданную семейную разборку, но встать и выйти из кухни тоже казалось как-то неудобно, неправильно.

– Ну, во-первых, не надо на меня кричать, – терпеливо произнес он в трубку. – Во-вторых, телефон молчит, потому что на ночь у меня включается беззвучный режим, и ты об этом прекрасно знаешь. В-третьих, я уехал не неизвестно куда, а к другу детства, о чем тоже тебе говорил.

– Ладно, – буркнула Диана после паузы. Тон она снизила, но говорила все еще сердито. – Домой когда собираешься?

– А что? Что-то случилось?

– Ничего не случилось, – помедлив, ответила Диана. – Я переволновалась просто. Извини.

– Домой приеду, извиню.

Они посмеялись, прощаясь, но Руслану было не слишком весело. Он не знал, что сказать Володьке, как все объяснить. Ведь обычно Динька так себя не вела…

К счастью, объяснять ничего не пришлось. Пока они с Динькой разговаривали, старый друг успел сварить кофе и подать к нему разноцветные рулетики домашней пастилы, приготовленные Людмилой по рецепту свекрови. И после этого разговор сам собой переключился на Володину жену, а не на жену Руслана.

– Людочка моя – музыкант, педагог по музыке, – рассказывал Володя. – Скрипка и фортепьяно. В молодости мечтала устроиться в оркестр, но не получилось, а там и Руська родился… В общем, сейчас она частным образом музыку преподает и вполне этим довольна. График свободный, сама себе хозяйка, учеников столько, сколько сама хочет. Иногда подрабатывает концертмейстером и у взрослых, в основном по вечерам. Кстати, тут неподалеку есть небольшое кафе, «Старые ритмы» называется, с живой музыкой, там играет ее бывший однокурсник, пианист Паша Беляев. Иногда они играют вместе в четыре руки джаз. А жена Паши, Леночка – вокалистка, поет. Когда они выступают, я всегда стараюсь прийти послушать, если свободен.

– А мне можно будет прийти? – тут же вырвалось у Руслана.

– Конечно, – заверил Володя. – Там всегда есть места. Кстати, в следующую субботу в кафе будет этот, как бишь его… Джем?

– Джем-сейшн, наверное, – догадался Руслан. – Когда музыканты вместе импровизируют?

– Да-да, именно! – закивал Володя. – Будут и Паша с Леночкой, и их еще один друг, Митя Длинный, он саксофонист от бога.

– Заметано, мы с Динькой будем обязательно. Надо же… Саксофон! Джаз! Слушай, ты возвращаешь мне мой «потерянный рай»!