– Я… Я все ещё жив? – Мираж медленно ощупал пол, как вдруг нащупал что-то тёплое. – Всё-таки сработало.

*****

Я стоял посреди полуразрушенного города, окрашенного в кровавый цвет. Трава, небо, здания, все вокруг было ярко-алого цвета. Казалось, будто я попал в книжку-раскраску ребёнка, у которого под рукой оказался лишь красный карандаш.

Я сделал несколько аккуратных шагов в этом неизведанном мире, которые моментально раздались эхом в голове. Испугавшись, я моментально закрыл уши и попытался сконцентрироваться. Прошло пару минут пока я смог настроиться и опустить руки. Дойдя до открытой площади, я увидел бронзовую статую – единственное, что в этом мире имело иной цвет. Выделяясь на общем фоне, она сразу же привлекла моё внимание. Приближаясь к ней, во мне все сильнее укоренялось чувство неправильности, нереальности происходящего. Остановившись в паре метров, произошло то, чего я мог меньше всего ожидать.

Краска на статуе потрескалась и осыпалась, а затем она пришла в движение. Бронзовый я, обрёл кожу и одежду, после чего вцепился в появившегося неподалёку Майка. Парень сопротивлялся, но в один момент, его голова подскочила вверх, подгоняемая фонтаном крови. Искупавшись в его крови, статуя улыбнулась и медленно направилась ко мне.

Ошарашенный этой сценой я, лишь наблюдал, как бронзовое нечто положило мне руку на плечо и наклонилось к уху:

– Это ты виноват. Майк погиб только по твоей вине. Ты слаб. Ты проклят жить в вечном гневе.

Я резко отпрянул от него.

– Можешь бежать от меня, но ты не убежишь от ответственности. Карма настигнет тебя.

– Заткнись!

Статуя прыснула.

– Мышка, все, что тебе нужно сделать, это перестать сопротивляться. Поддайся эмоциям. Если ты бесполезен и слаб, то предоставь это мне, я исправлю твои ошибки.

– Я не…

Он схватил меня за горло и провёл обратной стороной ладони по губам. Уже через секунду я чувствовал, что они слиплись, и я не мог проронить ни слова.

– Тсс, не надо лишних разговоров. Ты не собираешься уступать мне? – Я кивнул и тогда он, уронил меня спиной на кроваво-красную землю, а затем прикоснулся лбом ко лбу. – Посмотрим, сколько ты продержишься.

Мою голову пронзила мигрень, а затем прямо перед глазами начали мелькать сцены. Какие-то из моих воспоминаний, а какие-то совершенно выдуманные, но всех их объединяло одно – в них кровожадно убивали всех, кого я знал.

Я поддался агонии. Беззвучно вытаращив глаза, я пытался выбраться из захвата статуи, но ничего не выходило. С каждой секундой мне становилось все хуже, слезы уже текли ручьём, и я начал задыхаться.

– Давай! Действуй! Разгневайся на меня, на этот мир, сделай хоть что-нибудь – Подначивала статуя.

Дойдя до пика, когда я уже не мог различить что-либо перед глазами кроме крови и внутренностей, я почувствовал боль в груди и отключился. Статуя поднялась с меня, брезгливо осмотрела и отряхнулась.

– Бесхребетный.

*****

– Ты как всегда на своём посту, а дружище? – Потянувшись, спросил я у потолка.

На моих щеках ещё не до конца высохли слезы, поэтому я сразу вспомнил тот ужасный кошмар. Сидя на краю кровати, как робот на подзарядке, я приводил мысли в порядок, но затем резко вскочил и подошёл к двери. На ней висела записка: “Как проснёшься, иди за кухню, открывай железную дверь. Третья дверь справа, я буду там. Думаю, тебе будет интересно взглянуть на себя со стороны.”

Проходя безликий серый коридор, я невольно задумался, откуда у Миража деньги на такой огромный бункер. Потом вспомнил о своей квартире, понял, что она мне больше не понадобится и даже как-то взгрустнулось.

– Проснулся? Проходи – Встретил меня Мираж, как только я вошёл в комнату.

Это была небольшое помещение, в котором стояло два стула и компьютерный стол. На потолке висела одинокая лампочка, недюжинной силы которой хватало на эту небольшую каморку с головой.

– У тебя получилось записать? – Спросил я, увидев на мониторе остановленное видео.

– Да, все прошло как по маслу.

– Получилось что-то узнать? – Присаживаясь рядом, задал вопрос я.

– Лучше сам взгляни – Ответил он и включил запись с самого начала.

Просмотрев материал до конца, я смог выпалить лишь одно:

– Это разве болезнь? Больше похоже на одержимость дьяволом. Оно ещё и говорило… Мираж, я точно не разговаривал с тобой, я совершенно ничего не помню.

– Я верю. – Мираж вздохнул. – Я пересмотрел это видео несколько десятков раз, но никаких двусмысленных словосочетаний или скрытого подтекста я не обнаружил. Он просто играл со мной, как хищник с добычей, отвечал в лоб. От каждого его слова несло яростью и ехидностью, будто он сам пытался вывести меня из себя.

– Так вот, кто это был…

– М? – Переспросил меня парень.

– Нет, ничего. Просто сон приснился, мягко говоря, неприятный, все в порядке. Ты, конечно, молодец, неплохо придумал с отключением света. Я не пессимист, но думаешь, в следующий раз снова сработает? Как бы он не придумал чего.

– В следующий раз?

– А ты планировал на этом закончить? Мы узнали много нового из одной встречи, возможно, он снова пойдёт на контакт. Это же наш шанс понять, что живёт внутри нас.

– Да, но… Это опасно, вдруг в какой-то момент ты не сможешь вернуться назад? Мне же придётся оставить тебя в комнате без света, пока твоё тело не погибнет от голода.