Далеко за пределами туманности кластера, шесть красных карликовых солнц висели в драгоценном великолепии. Ходзё заметил, что ближайшее, в пятидесяти миллионах километров, начало переворачиваться, его ось вращения смещалась, чтобы выстроиться в линию с японскими кораблями. Было ли это прелюдией к атаке? Или простой предосторожностью со стороны матрёшечного разума?

На этом этапе приказы Ходзё становились несколько менее полезными. Он должен был установить контакт с управляющим разумом этого кластера, если возможно, и отказать в контакте мятежному флоту. В данный момент не было признаков вражеских кораблей, хотя Ходзё был уверен, что они скоро будут здесь. Его внимание, таким образом, было сосредоточено на установлении контакта с этим… этим монстром…

Но с чего начать, когда ваша цель — собрание триллионов орбитальных структур, собранных в объеме пространства полтора миллиона километров в поперечнике, окружающих три тысячи ярко горящих искусственных солнц?

Стандартное вопросительное сообщение было подготовлено, конечно — приглашение к общению, переведенное на язык, используемый Нага с людьми. Поскольку Паутина создала Нага в первую очередь, не должно быть проблем с неправильным толкованием.

— Что-то приближается, генерал-лорд, — сказал Сиодзаки. — Что-то большое…

Ходзё обратил внимание на точку на обзорном экране, выделенную красным треугольником.

— Что это?

— Цель неизвестна, лорд, — ответил Сиодзаки. — Но, кажется, это в основном углерод со следами других элементов… почти наверняка организовано как чистый компьютроний. Примерно двести метров в ширину… масса 1,45 умноженная на десять в восьмой степени тонн… приближается со скоростью семь километров в секунду…

— Нага, — сказал Ходзё. — Это огромный фрагмент Нага!..

Эта штука была невероятно плотной, 145 миллионов тонн, сжатых в бесформенную массу менее половины длины «Хосирю». Он почувствовал знакомое ползучее ощущение в животе. Несмотря на его работу над проектом Некомата, мысль об осэн, о загрязнении такими чужеродными ужасами была просто невыносима. Массивный объект, приближающийся к японскому флоту, был неправильной и извивающейся черной и жирной массой амебоподобной бесформенности, которая казалась Ходзё самим воплощением мерзости, болезни, черного ужаса…

— Огонь! — выпалил он. — Уничтожьте это… сейчас!.. Прежде чем оно ударит по нам!

Главная частичная пушка «Хосирю» выпустила разряд высокоэнергетической молнии, и мгновение спустя другие корабли флота присоединились… «Рюдзё», «Хирю» и «Унрю», эсминцы и крейсеры в обжигающем залпе разрушения.

На расстоянии более пяти миллионов километров красное карликовое солнце закончило выравниваться с японской эскадрой.

Магнитные поля усилились, и белый огонь протянулся…

Глава 6

«Старминерная технология предоставила бы долгоживущим техническим цивилизациям средство сдерживания наступающей Галактической ночи и значительно расширила бы их ожидаемую продолжительность жизни. В то время как звезда типа G, подобная нашему солнцу, остается на главной последовательности около десяти миллиардов лет, красный карлик меньшей массы имеет продолжительность жизни, превышающую десять триллионов лет. Крупнейшие сверхгиганты типа О проживают всего несколько сотен тысяч лет. Такая звезда может содержать массу более 100 типичных красных карликов, каждый с ожидаемой продолжительностью жизни, эквивалентной двенадцати миллионам гигантов.

«Следовательно, можно ожидать, что старминерные цивилизации будут распределять массу редких, гигантских, короткоживущих солнц для создания большого количества звезд малой массы — как скупцы, накапливающие свои запасы водородного топлива далеко, далеко в непроницаемой космической тьме отдаленного будущего».

Доктор Ватару Миязава

«Глубокое время»

2420 н.э.

— Внимание, страйдерджеки, — голос лейтенанта Вандеркамп прозвучал через церебральные связи ожидающей эскадрильи. — Выход из К-Т пространства через две минуты. Запуск немедленно после выпадения в нормальное пространство.

Вон висел в своей страховочной обвязке, стесненный и в полной темноте… но входящий сигнал от «Конни» показывал ему извивающиеся потоки божественного моря, словно он мчался обнаженным сквозь космос, без звездолета, без боевого страйдера, черт возьми, даже без человеческого тела. Он был бестелесной точкой обзора, образ, заполняющий его разум, поступал из компьютерной сети «Конни».

— Эй, лейтенант, — позвал кто-то из эскадрильи. Вон подумал, что это Холлман. — Мы уверены, что Империя не опередила нас?

— Нет, не уверены, — ответила Вандеркамп. Она звучала напряженно… немного рассеянно. — С десяти астрономических единиц не было признаков имперских кораблей… но трудно увидеть что-то размером со звездолет — даже один из их монструозных рю — на таком расстоянии. И если мы прибыли в пределах восьмидесяти минут от них, мы можем играть в световые салки.

«Световые салки» — флотский сленг, означающий ложное впечатление о мирности целевой зоны… потому что свет, несущий новости о битве, еще не достиг наблюдателя. Американская флотилия появилась на краю пространства скопления, ничего не увидела и прыгнула еще раз. Теперь они выйдут практически прямо над самим гипернодом.