Автор: А когда примерно этот дом выставили на продажу?

Мияэ: В марте 2018 года.

Автор: Весной прошлого года? Как раз когда был достроен дом в Токио. И что, его еще не купили?

Мияэ: Кажется, этого дома уже нет…

Автор: То есть?

Мияэ: На сайте агентства было написано «срок публикации объявления истек». Сначала я решила, что дом, наверное, продали, но, когда навела справки, оказалось, что несколько месяцев назад он сгорел.

Автор: Сгорел?..

Мияэ: Да. На днях я решила съездить по адресу, указанному в объявлении. Сейчас на месте дома пустырь. Если бы от него хоть что-то осталось, можно было бы осмотреть развалины… Например, меня волнует эта комната. Для чего она была нужна?

Первый этаж

Госпожа Мияэ указала на комнату треугольной формы.

Мияэ: Пока что мне многое непонятно в планировке этого дома. Но я чувствую, что если узнаю о нем больше, то смогу выяснить, кто убил моего мужа. Хотя никаких доказательств, что он погиб именно там, у меня, конечно, нет…

Автор: Хорошо, я понял. Я покажу ваш план своему знакомому проектировщику, Курихаре, и узнаю его мнение. Вы не против, если я сделаю копию?

Мияэ: Да берите так. И вот, это тоже держите. Не уверена, что пригодится, но я распечатала объявление из интернета о продаже этого дома.

Автор: Спасибо. Тогда его я тоже возьму.

Мияэ: Это вам большое спасибо, что уделили мне время. Господину Курихаре тоже передавайте мои благодарности.

Мы вышли из кафе. На улице стояла такая жара, что я моментально вспотел.

Автор: Простите за такой бесцеремонный вопрос, но… Раньше ваш муж не попадал ни в какие неприятности?

Мияэ: Нет, насколько я знаю. Он был очень порядочным, у меня в голове не укладывается, что кто-то мог желать ему смерти.

Автор: Вот как… Что ж, будем надеяться, преступника скоро поймают.

Мияэ: Да. Я хочу узнать от него правду об убийстве моего мужа.

Попрощавшись на станции с госпожой Мияэ, я поехал домой. Занял свободное место в поезде и принялся изучать полученные от нее бумаги. «Сайт по поиску объявлений о продаже и аренде недвижимости „Недвижимость X“». В объявлении были указаны адрес, площадь дома и сада, расстояние до станции… Но мое внимание привлекла другая строчка: «год постройки – 2016». Этот дом выставили на продажу в 2018 году. Получается, хозяева решили переехать, прожив там только два года? Впрочем, в токийском доме они провели и того меньше – всего год.

Но неужели в этих двух домах и правда регулярно погибали люди? Честно говоря, я особо не верил в историю с убийствами – ни когда слушал предположения Курихары, ни даже когда писал свою статью. Для меня это были просто наши беспочвенные домыслы.

Но после разговора с Мияэ я почувствовал, что они начинают приобретать реальные очертания. Тем не менее у меня оставались какие-то смутные сомнения насчет гипотезы Курихары о «паре киллеров-любителей, которые совершали убийства руками ребенка». Я не мог отделаться от ощущения, что мы упускаем что-то важное.

«Ах да»… Я достал телефон и ввел в поисковике: «Кёити Мияэ». На экране сразу появилось несколько ссылок на новостные сайты. Я открыл одну из них: это была статья от июля этого года.

Полиции удалось установить личность мужчины, труп которого был обнаружен 25-го числа прошлого месяца в городе Х префектуры Сайтама. Им оказался без вести пропавший в 2016 году Кёити Мияэ. У погибшего была отрезана кисть левой руки.

«Отрезана кисть левой руки». Эта фраза меня озадачила.

Получается, ничего, кроме кисти левой руки, отрезано не было. То есть тело Кёити Мияэ не расчленили. Я закрыл вкладку и начал искать новости о трупе, обнаруженном в Токио, но это ничего не дало: следствие так никуда и не продвинулось. Итак, у обоих трупов отсутствовала кисть левой руки, но при этом один из них был разрублен на куски, а другой нет. Тогда могли ли эти два убийства быть делом рук одного и того же человека?