будет не скоро, и тогда вы с Беатрис сможете провести свой день».

«Как ты можешь обещать?» возразил Перси, заметно расстроившись. «Учитывая, что он никогда не танцует с одной и той же девушкой дважды, этого никогда не

случится!»

«Подожди», - обратился Бенедикт к матери. «Ты серьезно? Если я не женюсь, то и

он не женится?»

«Конечно, дорогой», - сказала Лилибет, выражение ее лица было таким же

приятным, как если бы они обсуждали меню ужина. «Это ценная семейная

традиция. Старший брат должен жениться первым».

Перси посмотрел ему в глаза, и Бенедикт почувствовал укол вины.

Однако оно мгновенно исчезло, как только следующие слова вырвались из уст

Перси.

«Интересно, ему вообще нравятся женщины?»

Сердце Бенедикта заколотилось в груди, а шея запылала.

«Попридержи язык, Перси», - предупредил он ледяным голосом. «Матушка, это

устаревшая практика. Я уверен, что если младший брат настолько глуп, что хочет

жениться первым, ему должно быть позволено это сделать».

«Боюсь, что нет, мой дорогой», - сказала Лилибет тоном, не терпящим возражений.

«Это принесет семье десятилетие неудач. А у нас и так уже есть своя доля

несчастья».

«Я уверен, что будет еще хуже, если Персиваль будет держать это против меня

каждый день в течение следующих десяти лет».

«Не будь глупым, дорогой. Я уверена, что ты скоро женишься, если только

приложишь к этому все усилия. Есть много красивых девушек, которые мечтают

выйти замуж за наследника Блэкмура».

«Не уверен, что у меня сейчас есть на это время», - сказал Бенедикт, едва не

сморщившись от собственной глупой отговорки. «Слишком много дел в поместье».

«Вот видишь!» огрызнулся Перси, его тон был почти триумфальным. «Я же

говорил, что он даже не думает о женитьбе! Я в жизни не видел более

высокомерного и самовлюбленного человека. Ждать, пока Бенни полюбит кого-нибудь, - все равно что пытаться выжать воду из камня». Быстрый пинок Бенедикта

под столом заставил его замолчать.

«Это не лучшая стратегия, чтобы раздражать меня, Перс, учитывая, что твоя и

кузины Беатрис судьбы в моих руках».

«Да заткнись ты уже!» прошипел Перси. «Не притворяйся, что я тебе

небезразличен. Ты заботишься только о себе и ни о ком больше».

«Хватит, вы оба», - со вздохом вмешалась Лилибет. «Вы расстраиваете слуг.

Давайте приступим к ужину».

«Кажется, у меня пропал аппетит», - пробормотал Перси.

«Может, выпьем чаю?» предложила Мария. Все это время она стояла в комнате, не

шевелясь, как статуя.

«Я умираю», - резко сказал дедушка Генри, и комната погрузилась в шокированную

тишину.

«Что?» произнесла Лилибет, ее голос едва превышал шепот.

«Мои проблемы с сердцем оказались серьезными», - продолжил дедушка Генри.

«Доктор Хэррод считает, что мне осталось жить не больше пары месяцев».

В нутрии Бенедикта поселилось леденящее чувство. У всех сложилось впечатление, что болезнь сердца деда Генри была несерьезной. Особенно после того, как всего

два месяца назад доктор Хэррод дал такой оптимистичный прогноз.

«Должно быть, это ошибка». Перси нахмурился. «Когда ты разговаривал с

доктором Хэрродом?»

«Вчера утром».

«Должно быть, что-то можно сделать».

Дедушка Генри покачал головой. «Боюсь, что нет, Персиваль».

Бенедикт, который собирался выпить вино, отставил бокал; его настроение и

аппетит пропали. Перси заметно обмяк в своем кресле. Их дед был опорой семьи.

Без него, знал Бенедикт, она полностью разрушится.

«Не могу в это поверить», - пробормотала Лилибет, ее лицо раскраснелось, а

выражение лица стало озабоченным. «Мы должны еще раз поговорить с доктором

Харродом...»

«Пожалуйста, успокойся, Лилибет», - сказал дедушка Генри, прервав шквал

заботливых советов невестки. «Я прожил долгую и счастливую жизнь.

Единственное, чего я хочу, - это видеть свою семью единой и более близкой, чем