Хотя занятия испанским и отнимали ежедневно почти четыре часа, остального времени было более чем достаточно, чтобы до одурения накупаться, до черноты обгореть и объехать весь остров, побывав в самых труднодоступных местах, где казалось не ступала нога человека. Но самым удивительным при этом оказалось то, что если какое-то место и кажется таким, то уже через десяток другой шагов попадаешь или в усадьбу какого-то фермера, или в пансионат, или в какой ни будь отель. Причем этот отель может оказаться не одним зданием, а комплексом, с десятком вил или бунгало, разбросанных на довольно большой площади. А самое главное, везде, где бы я не появлялся меня всегда встречали с улыбкой и готовностью выполнить мое любое желание или просьбу. Однажды я основательно заблудился и вдобавок ко всему забыл вовремя заправить машину. Так встреченный мною случайно местный фермер тут же организовал и заправку моего автомобиля и даже оторвав от работы собственного сына выделил его мне в провожатые, чтобы он помог выбраться из этого района в более цивилизованное место. Я разумеется оплатил все эти услуги, но мне пришлось долго уговаривать парня принять от меня деньги. Он все отнекивался говоря, что того, что я заплатил за бензин вполне достаточно. При этом я совсем ненамного перекрыл стоимость топлива, как если бы залил его на обычной заправочной станции. В общем все это было удивительно и приятно. Особенно в свете того, что еще недавно я старался не встретиться случайным взглядом с любым продавцом в Советских магазинах, чтобы ненароком не нарваться на грубость. Вроде бы я покупатель, и именно я обеспечиваю продавцу и прибыль, и план, ан нет хозяевами чувствуют себя именно они. А покупатель, так непонятное существо, у которого и за душой-то ничего нет, а еще требует что-то.

Бабули не было больше недели, и я начал немного беспокоиться. В один из вечеров решил вспомнить свои способности, тем более что все поставленные на меня блоки были уже сняты.

Устроившись поудобнее на своем ложе в выделенной мне комнате, я исполнил несложный ритуал, когда-то вычитанный мною на пластинках оберега и войдя в некое подобие транса скользнул в поиске бабули.

Оказалось, что бабушка находится в США в том самом доме, расположенном в Сан-Франциско и устроившись на диване в столовой, мирно посапывает, наслаждаясь отдыхом. Во всяком случае окружающая ее обстановка говорила именно об этом. Скользнув в её разум, я прикоснулся ко сну и вошел в него…

… — Папа, Мамочка, а можно мне щеночка взять. Честное слово я сама буду ухаживать за ним, и купать и гладить и даже с собой спать укладывать, ну мам, ну пожалуйста. Мне Беляночка обещала младшенького отдать. Он будет такой же как его папа, высокий, стройный, сильный, весь белый только носочки серенькие. Он еще слепой, но она сказала, кого первым увидит, того и будет считать своей мамой. А можно я буду его мамой? Ну пожалуйста мам! А я буду всегда тебя слушаться и руны буду учить каждый вечер, вот увидишь. Ну мам. Ну, что тебе стоит? Вот у тебя же есть я, а у меня нет никого вот он и будет понарошку моим сыночком. И гулять я с ним буду каждый день. А он когда вырастет, будет похож на своего папу. Беляночка сказала, что его папа очень сильный и смелый только гулена, как все мужики. Мама, а что такое гулена? А наш папа гулена? Папа ты гулена?

Девочка, подросшая за пять лет прошедших с той памятной ночи, оказалась той еще болтушкой. Впрочем, счастливые родители никогда не затыкали ей рот, наоборот наслаждаясь ее звенящим как горный ручеек голоском. И всегда старались отвечать на ее вопросы и объяснять что-то непонятное.

Услышав последние слова дочери Айван, сидящий на лавочке поперхнулся дымом из трубки и закашлялся. Стоящая неподалеку у штакетника Наина улыбнулась, собираясь вставить пару слов, но Яге не нужны были ответы, и она продолжила свою скороговорку.

— Пап, что с тобой, давай я постучу тебе по спине, как мама всегда делает. Папа, ну скажи маме, что мне можно собачку, а я послушная буду и не стану больше сосульку над твоей кроватью вешать. Упс! — поняв, что проговорилась, девочка закрыла себе рот ладошкой и продолжила усиленно хлопать по спине своего любимого папочку. Пока Яга старательно колотила по спине отца, Наина успела все-таки вставить несколько слов:

— Наш папа еще тот гулена, кобель старый. А вообще нехорошо взрослых так называть. Это мы с отцом можем Белей или Беляной ее называть. А Детям нужно с уважением — тетя Беляна, говорить.

— Она разве тетя? А я не знала.

— Нет Яга, она не твоя тетя. То есть она нам не родственница. Но старших женщин нужно называть тетями. А щеночка думаю можно, вот на выходные съездите с папой на ярмарку и выберете себе, что понравится. А то что-то я не помню, чтобы у Беляны щенки появились, да и насколько я знаю кобелек у нее, так что щенкам вроде-как неоткуда взяться.

— Ой, мам, ты все не так поняла! Это не тетя Беляна, это другая Беляночка. — Девочка поворачивает голову в сторону и произносит.

— Ведь тебя же не надо называть тетей? — на минутку замолчав, будто слушая чей-то ответ, Яга продолжает.

— Вот видишь мам, она говорит, что что для тети она слишком стара. Беляночке уже больше двадцати зим и поэтому ее скорее ее нужно называть бабушкой, или прабабушкой, потому что у нее уже много-много внуков и правнуков. Мама, а что такое правнуки? — Пока девочка делает вид, что с кем-то разговаривает, родители переглянулись между собой и Наина тихо шепнула мужу.

— Фантазерка. — Гном в ответ кивнул и улыбнулся.

— Беляночка, мама и папа согласны, они мне разрешили взять у тебя щеночка. Ты, когда мне его принесешь? Уже! Ура! Мама смотри вон Беляночка мне щенка принесла.

С этими словами Девочка соскакивает с лавки, где стояла, похлопывая по спине отца и бежит к калитке. На лицах родителей некоторое удивление, ведь за калиткой никого нет. И лишь когда Яга, сделав несколько шагов оказывается на заснеженной поляне, там проявляется, будто из ниоткуда, огромная снежная волчица, ростом как бы не выше самого Айвана. В пасти у нее чуть шевелится комок серовато-белой шерсти. Девочка подставляет руки, и волчица бережно опускает ей щенка, при этом лизнув Ягу по щеке. Яга тут же начинает ласкать его, гладить, что-то умильно нашептывать. Все это время Айван и Наина находятся в некотором оцепенении, боясь даже пошевелиться. Прекрасно осознавая, что стоит показать хотя бы малейшую агрессию и последствия будут непоправимыми. Снежные волки недаром считаются самыми опасными хищниками Ледяной гряды и Анделорского нагорья.