— Бум, у нас всё! — сообщил Колян.

— Сова, вижу. Сколько трупов? — спрашиваю его, смотря в прицел.

Сколько они потратили времени — не понял. Может, секунд тридцать, а может, и пять минут.

— Девятнадцать! — отчитался он.

— Плохо! Возвращайтесь в дом! Приготовьтесь к обороне! — бросаю в рацию, а потом подымаюсь.

Одно из двух: или они ошиблись, или одному удалось сбежать. В любом случае переходим к тому самому плану «Б». Правда, у меня сейчас другая задача — попробую вычислить. Итак, тепловизор в помощь. Хм, беглеца уже след простыл. Плохо.

Забрал всё, потому как не хотелось бы оказаться раненым или убитым по собственной безалаберности. Однако бегать со всем этим тяжко. Хм, может, тестя позвать — пусть хоть СВЛК заберёт? Ладно, не ной! И более тяжёлые вещи носил. Ага, вот квартал, где мы расстреляли кортеж. «Наследить» было правильной мыслью: преследователи запутались и остановились! Вдобавок по накатанной колее бежать — иногда хорошо. Но бывает и наоборот. А вот в чём конкретный минус — следов беглеца не видно. Потому как снег теперь хорошо утоптан.

Итак, куда он мог побежать? Если чисто логически — в любой дом поблизости. А в какой? Их здесь несколько. Хотя… Я закрыл глаза и присел за машину. Надо попытаться понять логику этого человека. Итак: они попали в замес. Справа по ходу движения — снайпер, слева — крупнокалиберный пулемёт. Снайпер один, у винтовки запас всяко меньше, чем у пулемёта. Так, значит, направо. Итак, направо ближайший дом — не, не заходил: наши старые следы, заметённые. Ладно, дальше.

Ватсон почувствовал, что на них охотятся. И по приказу «Покинуть машины!» он рванул только после того, как у стрелка на крыше произошла заминка. И вот тогда он рванул. Сначала к ближайшему дому, но ему он не понравился — слишком большое расстояние до него.

После двух минут блужданий он нашёл подходящий дом. Однако к этому моменту стрельба прекратилась. И Ватсону это не очень понравилось. Поэтому он закрыл калитку и затем входную дверь. Почувствовав себя в безопасности, он понял, что замёрз. И надо бы как-то согреться. И он пошёл искать в доме хоть что-нибудь, что могло бы ему помочь согреться. Как назло — в доме было пусто. Только мебель из ДСП. И вдруг его осенило! ДСП — древесно-стружечная плита, а дерево горит! И он видел печку в месте, которое, возможно, было кухней. Так, горючее есть, чем теперь поджечь? Он облазил весь кухонный гарнитур, но не нашёл ничего. «Странно, как будто всё вынесли. Но зачем?» И внезапно ему пришла в голову очередная «умная» мысль! Трение двух деревяшек друг об друга! «Попробовать стоит, хоть это и не совсем дерево». Он отломил дверцу от шкафчика, сломал её пополам и начал усиленно тереть. Сказать, что ему почти удалось — это так, только хохмы для.

— Уже полхаты спалил! — раздалось сзади.

Ватсон от неожиданности выронил обе половинки дверцы и обернулся. На него смотрел человек, обвешанный оружием. В правой руке был крупнокалиберный пистолет, направленный на него. На Ватсона. Поэтому он поднял руки, показывая свою мирность.

— Ствол на пол. Быстро! — скомандовал вооружённый.

Ватсон подчинился и положил «Грача» на пол.

— Пинай его сюда! — затребовал вошедший.

Ватсон пнул «Грача» по направлению к человеку с пистолетом. Тот наступил на него, а затем достал рацию:

— Сова, улица Митрохина, дом пять, — сказал он кому-то по рации.

— Понял, жди, — ответила рация.

Где-то через две минуты Ватсон услышал звук подъехавшего автомобиля, а затем зашёл ещё один человек. Сначала он не поверил. Потом пригляделся и неприятно удивился. Ему не хотелось бы светиться перед ним, но…

— О, Эдик, здравствуй! — узнал его вошедший.

— И тебе не хворать, Коленька, — прошипел Ватсон.

— Колян, раз вы знакомы — обыщи его! — сказал вооружённый.

— Ладно, — ответил Колян.

Иногда удивляюсь — насколько тесен наш мирок. Вот и сейчас — кто бы мог подумать, что одним из наших противников окажется бывший одноклассник Коляна. Хотя чему удивляться? После того как Колян его обыскал, он решил его связать. Вот смотрю на Ватсона — чем он опасен? Лицо — чисто ангелок. Но, как показал опыт, не стоит верить всему, что видишь. И обычно люди с такими честными лицами — самые подлые. Хотя, конечно, бывают исключения.

— Подержи его на прицеле, — просит он меня. — Если что — вали. Будет пытаться мной прикрыться — всё равно.

— {Осознание плохого положения}, — со вздохом говорит наш пленник.

Снимаем ботинки, достаём из них шнурки, снимаем брючный ремень. Им же связываем руки в районе локтей, а шнурками — ноги чуть выше колен. Из его носков сообразили кляп, в ванной нашли шторку, завязали ему рот. И на всякий случай дополнили узлы на руках и ногах.

— Тоха, зачем? — удивляется Колян

— Затем, чтобы сам не развязался, — объясняю напарнику.