После этого спокойно уже завел транспортник и вырулил за ворота. Немного притормозил у тела подбитого стригуна, раздумывая, срезать ли остатки гривы. Но решил не тратить на это время, продать бы сначала то, что лежало за спиной и грело не хуже, чем печка в старых «жигулях» моего деда.

Когда я добрался до Алисы, девушка уже частично разобрала багажник. Мы быстро перегрузили все ее оборудование в джип фоггеров и, распрощавшись с «Шевроле», спустились на главную дорогу.

Теперь уже можно было гнать без остановок.

Транспортник фоггеров катил по бездорожью, плавно переваливаясь через ледяные ухабы и расщелины. Время от времени на панели управления высвечивались сообщения о работе системы. Все значки и индикаторы горели зеленым, так что замирать на сиденье после каждого подъема, прислушиваясь к работе двигателя, как я это делал в Шевроле, больше не приходилось.

Алиса сидела за рулем и больше была занята тем, что изучала маршруты, обозначенные на встроенной карте, чем непосредственно управлением джипом. С этим отлично справлялся автопилот.

Первые километры пути я никак не мог привыкнуть к размеренному ходу транспортника, все выглядывал в окно, чтобы убедиться, что мы все еще находимся в нашей реальности, и у нас под колесами те же ледяные колдобины, что и прежде. Машина идеально съедала все неровности.

Ощущения были как на ледоколе, прущим вперед сквозь Антарктику. Я, конечно, на таком никогда не плавал. Но другие сравнения в голову почему-то не приходили.

— Офигеть, — сказала Алиса, — как будто мы не по земле едем, а по небу летим. При этом скорость больше семидесяти.

— Или по морю плывем, — ответил я, — уже не скучаешь по своему Шевроле?

— Ну, скажем так, оценила преимущества этой модели.

Я повернул голову к своему окну и уставился на однообразный серый пейзаж, который за все недели, проведенные здесь, ни разу не побаловал нас другими красками.

Достал из кармана флешку, добытую в цитадели и вынул ее из защитного контейнера.

Тонкий зеленый индикатор все так же горел на боку. Снова попробовал отсканировать QR-код на другой стороне пластины. Эффект был таким же, что и в хранилище. Сплошная абракадабра, с которой Искорка по-прежнему не могла справиться. Или пока, дрон запустил какое-то очередное долгое сканирование.

Подключил «ведьмачье» чутье. Шар плотной, темной энергии мгновенно проявился в пространстве и в несколько раз превысил границы самой флешки.

Ядро его было размером с мячик для пинг-понга, а вот неровные сферы, расходившиеся от центра, как круги от брошенного в воду камушка, полностью покрывали мою руку.

Заметил, что чем дольше я взаимодействовал с упакованным в USB сознанием, тем больше уплотнялась его энергия.

— Алекс, что это? — спросила Алиса, указывая на непонятную надпись, появившуюся на панели.

— Похоже, техника реагирует на «хозяина». И предлагает переключить джип на него или добавить в систему еще одного водителя.

— Но это же невозможно, да? Он же как бы заперт в этой флешке.

— Думаю, что невозможно. Просто технология считала знакомую энергию. Если бы фоггеры могли подключаться к своим технологиям дистанционно, то давно бы уже пристроили всех пробужденных.

Алиса замолчала, а я снова сосредоточился на девайсе. Задумался, может, и правда, подключить его к какой-нибудь тач-панели или к Кузе? Нет. К Кузе точно не надо, а то будет потом этакая кукла Чаки по станции за всеми с ножом бегать и, заикаясь рычать в динамиках: «Кто не спрятался, я не виноват». Конечно, можно еще к тостеру или микроволновке, типа карма такая в следующей жизни. Но тогда поговорить не получится.

Система выдала сообщение, что сработал пассивный навык защиты от проникновения в блок связи с оператором. Прекрасно! Значит, работает и можно крутить, вертеть, экспериментировать без опаски.

Но голова все равно начала немного кружиться, и в моем физическом теле появилось странное, неуютное ощущение. Словно я не мог найти себе подходящее место в пространстве.

Я поерзал, размял шею и по новой вгляделся в черный сгусток ядра.

Б-р-р! В ушах зазвенело, а перед глазами замелькали черные точки, словно вокруг меня кружит овод. И он непременно решил ужалить меня в голову. Я отмахиваюсь, а он не отстает. Кружит и кружит, пытаясь приблизиться с разных сторон.

В этот же самый момент на моем внутреннем экране снова мигнул красный символ. А «овод» испуганно отпрянул. Между нами проступила прозрачная стена, или условная банка, которой я накрыл надоедливое насекомое.

Сгусток ударился в невидимую преграду, и из черного комка проступило несколько темно-зеленых «капель». Существо рвало и метало. То источая зеленый свет, то сплющивась. Дергалось и бросалось снова.

— Сколько же в тебе яда? — я пожал плечами, глядя на неистовые попытки инородного сознания пробиться сквозь мою защиту. — Бесишься, капец. В Кузю точно не будем пересаживать.