Я кивнул и покинул арену.

Корн ничего не обещал, но я был уверен, что он никому не расскажет.

На первую арену я явился заблаговременно до начала тренировки и онемел от картины, которую там застал.

— Кайрин! — широко улыбаясь, помахала мне рукой Илиария. Что она здесь делает?

— Рин, ты не говорил, что у тебя появилась такая прекрасная девушка, — ко мне подошёл перемазанный вареньем Мак, впиваясь в булочку. Он помахал ею у меня перед глазами. — Такая добрая и заботливая. Представляешь, всех накормила вкуснятиной!

Я обратил внимание, что все действительно с удовольствием поглощали сладкую снедь. Илиария подошла ко мне, глядя нежным взглядом, ткнула булочкой мне в рот. Мне пришлось изобразить, что я безмерно счастлив такому происшествию и съесть выпечку, которая, кстати, оказалась гораздо лучше, чем в столовой. Нежный орехово-сливочный крем растёкся по языку. Она что, сама пекла?

— Вкусно? — спросила она.

— Весьма, — признался я, рассматривая её и совершенно не понимая, зачем она сюда пришла.

— Ты злишься? — она потупила взор. — Прости, я должна была спросить у тебя разрешения. Но мне было так интересно посмотреть, как ты тренируешься.

— Эм… Спасибо за выпечку, но тебе нельзя здесь оставаться — это опасно.

— Да ладно тебе, Рин, — подошёл наш капитан, Новид, — я, вообще-то, не против. Оставим Нилл с Агер присматривать за ней. Разок можно, — он подмигнул.

Какой ты, шавр, добрый. Как будто мне это нужно! Но как же она успела всем так понравиться? Неужели дело в еде? Я натянул свою неизменную улыбку и “благодарно” кивнул капитану за его щедрость.

Вообще-то, за всеми аренами с номерами от первого до пятого включительно можно было наблюдать сверху, в зале, специально для этого созданном. Но это знание я вытащил из своих детских воспоминаний. Так что первая дюжина определённо не могла этого знать. Хорошо, что такого не было на остальных, маленьких аренах, а то бы мы с Корном и Хару недолго хранили наши секреты.

Нилл с Агер оказались совершенно счастливы пообщаться с «моей девушкой», охраняя её от шальных заклинаний. Да и сама Илиария не выглядела испуганной, когда по всему залу начали вспыхивать печати. Скорее в её глазах зажглось любопытство.

Я встал в пару с Маком. Если я смогу противопоставить что-то ему, то с остальными будет легче. К тому же я знал, что он постарается меня не ранить, а если и сделает это, то хотя бы не специально, в отличие от остальных.

Сегодня нашим учителем была Вэсса, судя по тому, что её до сих пор было не видно. Она обычно присутствовала в своём невидимом состоянии, неизменно оставаясь нелюдимой, хотя иногда, подсказывала, что мы делаем не так. В общем, сегодня была относительно лёгкая тренировка — мы оказались предоставлены сами себе.

— Ты уверен, что мне стоит нападать в полную силу? — спросил Мак.

— Уверен. Хотя бы разок, а там посмотрим, — улыбнулся я.

— Хорошо, — кивнул он. Что мне всегда в нём нравилось, он абсолютно доверял мне и не задавал лишних вопросов, когда доходило до дела.

Новид дал отмашку, следя за остальными и сам не участвуя в боях. Вокруг взвилась магия.

Мак начал с обычного шара огня. И всё же он использовал печать, пусть и самую простую.

Я активировал щит. Шар осыпался огненными брызгами, и я заметил, как на лице моего противника появился восторг. Но он продолжил, активируя сразу трёхкольцовую печать, самое мощное, на что был способен. Вихрь пламени, понял я по узору. Несмотря на его убойную силу, заклинание требовало времени на подготовку. Кто же ему его даст?

Я ринулся вперёд, используя ускорение. И призвал маленькую однокольцовую печать на основе вэ. Для её формирования не нужно было слишком много времени, и сил она требовала совсем чуть-чуть. Так что, даже с моими трудностями в переводе вэ во внешнюю среду, я успел создать её. Вспомнить лёгкий узор, чётко представить контур, самое сложное — выделить вэ для запитки… Энергия колыхнулась и вдруг свободно ринулась из тела.

Растерявшись от резкого выброса вэ, я слегка замедлился… Если бы мой противник был опытным ветераном, я бы уже лежал… Мак, похоже, даже не заметил. Быстро запитав узор, я прекратил подачу вэ, смешанной со стихией, расставил печать-попрыгунчик под углом, чтобы она меня вытолкнула по направлению к Маку.

Наступил, активируя её, печать передала свой импульс, бросая меня вперёд. Я лишь чудом смог выровняться и не упасть. Вмиг оказался рядом с растерявшимся рыжиком и медленно, даже демонстративно, прикоснулся укреплённым вэ ногтем к его шее.

— Обалдеть! — выдохнул проигравший Мак. — Ты меня победил! Рин! — он двинулся, несмотря на ноготь, и я поспешно убрал руку. Никакого инстинкта самосохранения!

— Ты использовал печать! — подоспел к нам капитан. — Когда научился?

— Да вот… вчера, — улыбнулся я, разводя руками в стороны. Не стал я им объяснять, что это совсем не так круто, как они полагают, а всё ещё не полноценный второй уровень.