Через минуту матросы оказались на реях, постепенно расправляя полотнища марселей. Ставить нижний фок и грот боцман не решился, и правильно сделал, опасаясь нового усиления ветра. Рулевой взял точно под ветер, марсели мгновенно надулись пузырями, и корабль вздрогнул, ощутимо прибавив скорости.

– Так-то лучше, - процедил капитан, но пассажирка, кажется, вновь не оценила его усилий. Впрочем, он не оставил попыток и галантно протянул руку.

– Позвольте проводить вас.

В самом деле, на мостике делать больше нечего. Вздохнув, почётная пассажирка нехотя оперлась о протянутую руку и позволила «отбуксировать» себя на палубу, но теперь этот кавалер почему-то почти перестал её раздражать. Морской идиллии не получается, но и так неплохо. Палуба ещё не просохла до конца, а других последствий бури, как бы, и нет. Если бы не ветер...

– Не стоит так рисковать, - осуждающе произнесла она.
– Мы идём почти точно по плану.

– В этом и проблема, - тихо произнес наследник, ничего не объясняя.

И куда подевался самодовольный хлыщ, готовый на любую авантюру ради эффекта? В его взгляде нет ни тени легкомысленной самоуверенности, а только решительность и... опаска?

– Что случилось, Нэррис?
– тихо спросила она, мгновенно оценив перемену обстановки.
– Почему мы так спешим?

– От вас ничего не скроешь, - серьёзно прокомментировал он.
– Но пока, на наше счастье, ничего не случилось. Надеюсь, и не случится.

Ох, выходит, не зря глава клана направил сюда своего старшего сына! И сам наследничек тоже хорош, как прикидывался дамским угодником, даже сама виновница «торжества» чуть не поверила! А сейчас...

Корабль вздрогнул, по ушам ударил звук, похожий на выстрел. Это внезапный порыв ветра разорвал стропы, удерживающие фок-марсель, и огромное полотнище с треском забилось, закрутилось, теряя лохмотья, словно старая тряпка. И всё бы ничего, но один из матросов, слишком крепко державшийся за лопнувший строп, соскользнул с рея и полетел вниз...

Он не закричал, падая с почти десятиметровой высоты, зато успел пару раз зацепиться за ванты, чем добавил себе шансов на спасение. И глухо ударившись о палубу, остался в сознании, только зубами заскрипел. Как ни странно, но «почётная пассажирка», совершив неожиданный и стремительный бросок, оказалась возле него первой и, не обращая внимание на сырую палубу, встала на колени, откинув капюшон.

– Не шевелись!
– приказала она пострадавшему каким-то особенным голосом, и его тело будто бы само обмякло. Она сама перевернула его на спину ещё до того, как кто-то сумел ей помочь. Капитан невовремя встретился с ней взглядом и застыл, увидев горящие в её глазах яркие фиолетовые кольца. С топотом прибежал старпом, и точно так же застыл на месте.

– Голову ему держите!
– она отвернулась, склонившись над раненым, а капитан, не раздумывая, сорвал с плеч свой камзол, расшитый цветами клана, свернул его комом и аккуратно подсунул под голову матроса. Удивиться никто не успел, всё произошло слишком быстро, а чародейка продолжила делать нечто, недоступное пониманию как простых мореходов, так и самого старшего наследника От её рук ощутимо потянуло жаром, и вроде бы, появилось небольшое зелёное свечение, но поклясться в этом не смог бы никто из свидетелей. Раненый вдруг открыл глаза и взревел от боли, рванувшись вверх, но три пары сильных рук удержали его, буквально пригвоздив к сырой палубе.

Так прошла почти минута. Ветер уже прилично измочалил сорванный парус, а раненый, наконец, перестал выть, и теперь только выступившие слёзы выдают его страдания. Впрочем, жизнь дороже боли. Теперь он вдруг выгнулся, захрипел, и на губах выступила кровь, но не в виде жуткой белёсой пены, а почти чистая, ярко-алая и какая-то нестрашная.

– Переворачиваем его!
– приказала она, и поставленный на четвереньки раненый закашлялся, орошая палубу красными выплесками. Так же внезапно кашель прекратился, и матрос, словно не веря, вытер окровавленный рот рукавом и вопросительно взглянул на спасительницу.

– В легких чисто!
– объявила она, устало поднимаясь на ноги, и все заметили, что никаких фиолетовых кругов в её глазах уже нет.
– Остальное не смертельно. Неделю будет хромать, потом можно отправлять на рей. Да не в этом смысле!..

Заметив странные взгляды моряков, она поспешила уточнить свою мысль. А то вдруг, в самом деле, повесят беднягу за плохо поставленный парус... Кто их знает, этих морских чудищ в людском обличье!

– Сейчас больного напоить, накормить и положить спать!
– напоследок велела она.
– И мне в каюту принесите что-нибудь перекусить!

И лишь капитан вдруг понял, что чародейка еле стоит на ногах. Она только что с кажущейся легкостью вытащила человека из морской пучины, куда бы он непременно отправился, умерев в открытом море, но чего ей это стоило? Сколько собственных сил она потратила, сколько жизни забрала у себя, чтобы спасти простого матроса?

– Госпожа Тамиэла, - тихо, но настойчиво произнес капитан.
– Я настаиваю на том, чтобы проводить вас. Держитесь за мою руку!

Она усмехнулась про себя, но руку не оттолкнула.