Высокоуровневый маг заметил, как я подобрался в кушетке, и недовольно процедил сквозь зубы:

– Повинуйся мне и не шевелись!

На этом наше общение закончилось. Он не собирался мне ничего объяснять и оправдываться. К чему лишняя трата времени? С мертвецом можно поговорить и в собственной голове, тяпнув как-нибудь потом бокальчик за его упокой. Только вот он уже не сможет что-либо ответить…

Несмотря на обновлённый приказ, я изо всех сил напряг руки, нагоняя в них энергию из внутреннего хранилища. Цепочка – фигня, настоящие оковы у меня внутри. Они рвались с отчётливым звоном в голове, вместе с кровеносными сосудами. Во рту стало солоно, а перед глазами всё покраснело от лопнувших капилляров. Однако я всё равно разглядел ярко-красную линию, по которой скоро потечёт огонь. Прямо в меня.

Маг вышел на исходную позицию и поднял обе руки. Стоило отдать ему должное – мучить нас он не собирался.

«Прощай, сосед».

В этот рывок я вложил всего себя, без остатка. Всё, что у меня накопилось на душе – эмоции, чувства, переживания и даже страхи. Только сжигая их без остатка, получалось сопротивляться. Заклинание пыталось сдерживать меня, но с тем же успехом можно сохранить воду в треснувшем сосуде.

Цепи со звоном лопнули, и я прыгнул прочь от маленького солнышка, засиявшего на короткий миг. От кушетки, на которую меня уложили отдыхать, осталось только чёрное пятно сажи. Даже керамическая плитка на полу пострадала, растрескавшись от дикого жара. Увы, дальше мне стало уже не до наблюдений – сердце сжала невидимая рука, погрузив меня в темноту.

Я воспротивился приказу и получил заслуженное наказание.

С одной стороны, мой рывок не имел никакого смысла. Всё равно ведь умру, только помучаюсь напоследок. Но попробовать всё же стоило, потому что остановившееся сердце – ещё не конец. В прошлый раз, когда я ненадолго отключился, Авери не нырнул в забвение, как бывало обычно. По всему выходило, что та самая печать души действовала только на меня. Будь я в теле один, даже бровью не смог бы пошевелить. А так получалось сопротивляться с помощью соседа.

Ведь помимо моей души, в теле оставалась ещё одна, которая владела собственным Даром. И вдобавок тоже являлась частью семьи Дутвайн. Возможно, если не станет захватчика, у неё получится вернуть контроль. Теория насквозь притянута за уши, но другой у нас не было. Оставалось только уповать на эффект неожиданности. Всё-таки прыти от послушной марионетки никто не ждёт, но мы рассчитывали воспользоваться более благоприятным моментом.

Кто ж знал, что планы резко поменяются и Гастор решит угробить нас прямо здесь и сейчас?

Не подведи, Авери…

Из короткого беспамятства меня выдернула дикая боль по всему телу. Примерно так приходят в себя утопающие, когда их резко поднимают из воды за волосы. Здравствуй, мир живых! Значит, я точно не на том свете. Ещё живой, но вот-вот отброшу копыта, которых у меня нет. Как и прочих демонических атрибутов вроде рогов с хвостом. Хреновый из меня посланец ада, одним словом. Не от мира сего, как говорится.

Очнулся я на мостовой, лёжа посреди целой россыпи осколков стекла. Кое-какие из них впились в меня, но основные повреждения нанесли тёсаные камни. Тело шмякнулось об них с высоты третьего этажа, выбив собой окно. Молодец парень, всё-таки смог выпрыгнуть! Этот трюк не рекомендуется выполнять без страховки, но только если вас не готовятся поджарить заживо. Когда феникс клюнет в одно место, не только летать научишься…

Правда, сейчас сосед никак не отзывался, вновь уступив мне место. Зато сердце, хоть и кололо, но билось вполне исправно. Источник горел где-то рядом в груди, отчаянно пытаясь привести организм в порядок. Не будь Атмы, мне оставалось бы валяться здесь до прихода помощи. Скорой или хоть какой-нибудь. Теперь ни о какой секретности речи не шло. Редкие прохожие удивлённо уставились на безумца, сиганувшего в окно гостиницы. Жаль, что среди них не оказалось представителей правопорядка, но это дело времени. А пока…

Нужно спасаться самому. Над брусчаткой соткались новые нити, тянущиеся в разные стороны, вынудив меня перекатиться прямо по битому стеклу. Несколько новых порезов и одна колотая рана – пустяки, потому что в следующую секунду место моего приземления взорвалось, брызнув в стороны каменными осколками. Задержись я там, меня пришлось бы собирать по всей улице. Совочком. Но и так досталось сполна – по ушам будто заехали со всей дури, почти полностью лишив слуха, а левую руку перебило, как сухую ветку.

Не дожидаясь второго выстрела, я кое-как заполз в глубокий ливнесток, что шёл вдоль обочины. Сюда сливалась и канализационные воды, но сейчас запахи меня не волновали. Главное, что в этом углублении оказалось достаточно места, чтобы добраться до ближайшей канавы. Позади ещё раз бахнуло, всколыхнув все внутренние органы, однако на этот раз обошлось без новых ран. Мне и старых вполне хватает.

Двигаться приходилось через боль и шум в ушах, но я продолжал упрямо ползти вперёд. Чем дальше, тем лучше. А чтобы хоть как-то себя отвлечь, вовсю представлял, как Иолай будет трясти братьев-заговорщиков. После такого им уже точно не отмазаться. Даже если они меня всё-таки прикончат и смогут покинуть город, начальник службы безопасности их всё равно достанет, из принципа.