Выражение лица Чейза стало серьезным.

– Ты уверен, что хочешь знать правду? Подумай хорошенько, прежде чем ответить. Если все было так, как мы подозреваем, то преступник, вероятно, один из нас. Не Кевин, но кто-то близкий.

– Я долго размышлял об этом. Ты прекратил свое расследование, когда оно было в самом разгаре… Думаю, тебе следует смахнуть пыль с документов и снова взяться за него. Если убийца находится среди нас, я хочу знать его имя.

– Допустим, ты узнаешь его имя, и что дальше?

Николас выпрямился.

– Я решу, что с ним делать.

– Негоже отправлять члена герцогской семьи на виселицу, а, кузен?

В этом с самого начала и заключалась проблема. Казалось бы, правосудию не пристало обращать внимание на наличие древней родословной, но это было не так. Даже если бы присяжные признали одного из родственников Николаса виновным в убийстве, судья сделал бы все, чтобы тот избежал казни через повешение. Присяжные тоже преклонялись перед герцогским титулом и не стали бы выносить обвинительный вердикт.

– Я не говорю сейчас о наказании, мне просто нужно знать, кто убил нашего дядю, – сказал Николас. – А тебе разве это безразлично?

Чейз поколебался, прежде чем ответить.

– Конечно, нет. Возможно, убийцей был не наш родственник, а кто-то из деловых партнеров дяди, если его вообще убили…

Чейз дипломатично оставил вопрос открытым, хотя раньше заявлял, что дядя не мог сам упасть с крыши. Четырнадцать месяцев назад, когда все это случилось, официальной версией кончины был несчастный случай. Некоторые сплетники распускали слухи, что дядя покончил с собой. Но Николас был уверен, что его столкнули.

Чейз бочком подошел к столу. Его взгляд упал на письма, и он с озорным видом улыбнулся, а потом взял в руки газету.

– Знакомишься с политическими требованиями радикалов?

– Я читаю много газет. Дядя Фредерик подписывался на разные издания, я продлил подписку на них.

– Неужели ты правда все это читаешь? – удивился Чейз.

– Мне нужно знать, чего требуют и о чем думают разные слои общества, даже если я не согласен с их устремлениями. Именно так следует поступать ответственным членам парламента.

Чейз сочувственно улыбнулся.

– Никто не ожидает, что ты превратишься в него.

– Уж надеюсь, что нет. Мне не хватает эксцентричности.

– Я говорил не про дядю Фредерика.

Нет, Чейз имел в виду не дядю, а отца Николаса, который должен был унаследовать титул герцога. По крайней мере, он готовился к этому, пока Николас беззаботно наслаждался жизнью в большом городе. Он вдруг вспомнил последнюю встречу с отцом. В его памяти постоянно возникала именно она, и Николасу было больно от этих воспоминаний.

Он постарался перевести разговор на другую тему:

– Ты упомянул деловых партнеров дяди. Я как раз хотел поручить тебе сбор сведений о некоторых из них – о тех, с которыми я продолжаю сотрудничать. Мне кажется, они…

Николас уже собирался высказать свои подозрения, когда дверь открылась и в кабинет вошел дворецкий Пауэлл, держа в руках серебряный поднос, на котором лежала визитная карточка. По взволнованному выражению лица дворецкого можно было бы заключить, что к Николасу в гости пожаловал сам король.

– Я подумал, ваша светлость, что вы захотите принять эту посетительницу, – сказал он.

Николас взял визитную карточку с подноса и прочитал начертанное на ней имя. Визит короля удивил бы его, пожалуй, меньше, чем появление в доме этой гостьи. Он растерянно посмотрел на Чейза:

– Она здесь. У меня в доме…

– Перестань бормотать. О ком идет речь?

Николас протянул карточку. На лице Чейза отразилось изумление.

– Айрис Баррингтон, будь я проклят…

– Мы искали ее больше года, и вот она сама явилась к нам…

– Она, должно быть, услышала о завещании и своем праве на наследство. Чему же здесь удивляться?

– Спустя год? Нам удалось разыскать двух других женщин, которых дядя тоже упомянул в завещании. Но то, что эта дама вот так явилась вдруг сама, выглядит подозрительно.

– Слишком все просто, ты хочешь сказать.

– Черт возьми, да, слишком просто.

Николас поправил галстук и одернул жилет.

– Ты выглядишь как настоящий герцог, – успокоил его Чейз. – Этот накрахмаленный воротничок такой жесткий, что им, наверное, можно резать железо. Расскажешь потом, что она говорила. – Он направился к двери и бросил через плечо дворецкому: – Я хочу немного понаблюдать за гостьей украдкой. Поэтому не сразу спускайтесь за ней.