Светлана пропала, и я решил осмотреть холл. Здесь, как и положено в домах такого уровня, стоял огромный диван — самый дешёвый, даже не кожаный, — кресла и небольшой столик. Никаких угощений не было — это понятно; слуг и швейцаров тоже. Даже свет не горел. Что меня удивляло. Жадность Куракина и правда не знала границ.

В это время на втором этаже я услышал шорох — видимо, хозяин решил спуститься к гостю, что было очень хорошо. Он решил меня выслушать; ему, наверное, будет тяжело узнать правду.

— Михаил! — прокричал Куракин, спускаясь в чёрном костюме. Видно, он куда-то собирался, и я его отвлёк. Вместе с ним спускались трое охранников и его дочь, которая шла сзади них не спеша.

Всё-таки себя он охранял, раз у него было трое охранников. На себя он деньги тратил в отличие от всего остального.

— Антон Олегович, — проговорил я, вглядываясь в его улыбку.

— Да, юноша, я готов вас выслушать. Вы, наконец, нашли деньги, которые покроют все ваши долги? Было бы прекрасно — вы решили бы все мои проблемы. Но я думаю… точнее, мне что-то подсказывает, что это не так. Поэтому сразу вас предупреждаю: просить у меня отсрочки и как-то уговаривать бесполезно. Не тратьте моё время — у меня его нет, и своего тоже.

— Я вас ни о чём не собираюсь просить, я просто решил вам помочь, — проговорил я, внимательно следя за ним. Лицо Куракина исказилось; он повёл бровью и посмотрел на меня вопросительно.

— Помочь?! В чём же вы, юноша, можете мне помочь? — Куракин рассмеялся, не веря моим словам.

— Я хочу, Антон Олегович, сообщить вам о том, что вы можете потерять большие деньги, и поэтому хочу вас предупредить об этом.

— Какие деньги? О чём вы говорите? Что бы Куракин мог потерять деньги?

— Да, земли, которые вы рассчитываете купить у Марии Фёдоровны, бесплодны. Там есть несколько залежей артефактов, на которые вы сильно рассчитываете, но, по факту, как оказывается, все эти залежи ложные. В них нет и половины того, на что вы рассчитываете.

Лицо его приняло угрожающее выражение; он не просто не мог сдержать злость и ненависть — он кипел от ярости. Куракин моментально побледнел. Зато его дочь хихикнула.

— Ты что мелешь?! С ума сошёл? Вон отсюда!

— Я уйду, но перед этим хочу дать вам заключение по этим землям, составленное экспертизой. В нём говорится, что ничего там нет.

В подтверждение своих слов я достал бумаги. Куракин вытаращил глаза и протянул руку к бумагам.

— Они подлинные. Там стоит имперская печать Имперского института разведки и разработки артефактов. Это подтверждает мои слова. Вы можете позвонить, и они вам скажут то же самое.

Руки Куракина тряслись; он тянулся к бумагам, желая самостоятельно всё разглядеть. Он не верил — его можно понять, сколько ресурсов и сил он потратил на это дело, которое сейчас уплывало у него из рук.

— Нет, нет… — Он резко подошёл ко мне и схватил бумаги. Его глаза жадно впились в текст; он долго, прочитывая каждую букву, читал, не веря. Его лицо бледнело с каждой перевёрнутой страницей, и его ноги всё больше и больше подкашивались.

Его лицо к концу стало зелёным. В его руках остался один листок, который он сильно сжал. Он долго стоял с ним, перечитывая по несколько раз, потом смотрел на него, не шевелясь. Все присутствующие, включая меня, смотрели на него в ожидании, что он скажет.

Напряжение в доме было очень сильным. Потом Куракин, всё-таки, решил пошевелиться и поднял листок к окну — видимо, решил ещё раз рассмотреть печать; не подделка ли она. Нет, это была не подделка, и он сам прекрасно понимал, что заключение настоящее, и его не обманули.

— Вы теперь сами удостоверились в том, что это всё враньё.

Он посмотрел на меня, обнажив зубы.

— Мария Фёдоровна стояла тут и рассказывала мне, что артефактов хватит ещё хрен знает на сколько. Этот индюк трясся тут и торговался со мной за копейки. Они оказались мошенниками! Решили провести самого Куракина! Никто и никогда не смеет обмануть меня! НИКОГДА! Ты слышишь? НИКОГДА!

Он кричал на весь особняк, и его дочь, поняв, что отец сейчас сорвётся, решила сбежать. Она мгновенно пропала, я даже не понял, куда она делась. Охранник отошёл от своего господина. Ненавистный взгляд обратился ко мне.

— СХВАТИТЕ ЕГО! — закричал Куракин.

— Схватите его! — приказал Куракин, тыча в меня пальцем. В моей руке уже была игла, которая запросто могла свалить любого. Охранники неторопливо начали движение, окружая меня.

— Вы меня хотите схватить за то, что я рассказал, как вас хотят обмануть? — спросил я, обращаясь к Куракину. Лицо его позеленело. Для него это был сильный удар. Он сжимал кулаки и яростно смял бумаги.

— Вы, Строгоновы, только и делаете, что пытаетесь меня обмануть, — проговорил Куракин.