У меня тут же отвисла нижняя челюсть. Илья назвал все правильно, но… Есть одно весомое и крайне важное «но»…

— Я вообще не сижу в ВКонтакте! — выпалила на одном дыхании.

Глаза Ильи заметно округлились.

— Погоди… Разве… — он, нахмурившись, судорожно принялся соображать.

Не найдя ничего лучше, чем достать телефон, снять пароль и зайти в соцсеть, тот вопросительно протянул мне мобильный.

С интересом взглянула на экран, где предстала одна из моих старых фотографий, а ниже шла подозрительно подробная информация.

Чего смеяться? Шарикова никогда не указывала в соцсетях ее! Я прекрасно осознавала, чем аукнется столь детская беспечность в современном киберпространстве, полном аферистов, маньяков и просто психически больных людей, от скуки ищущих жертву для морального террора.

— Этого не может быть! — ошарашенно произнесла в ответ.

— Хочешь сказать, это не твой профиль? — продолжил хмуриться парень.

— ЭТО ФЕЙК! — яро возразила ему. — Я когда-то создавала страницу, будучи подростком. Настолько давно, что и пароль не помню.

— Значит меня обманули? — не веря собственным выводам, Илья подавленно прислонился к стене и медленно сполз по ней.

Для него сейчас будто целый мир перевернулся.

Почему-то ощутила себя виноватой. Неприятно оказаться вмешанной в чужую жизнь без спроса.

Хотя, на минуточку, создатель фальшивого профиля даже не удосужился поинтересоваться, а согласна ли настоящая Евгения на использование ее личных данных при общении с незнакомцами.

С тяжёлым вздохом скользнула взором по невольному заложнику сложившейся ситуации.

Парень выглядел потерянным, злым и уставшим.

Частично разделяла его негодование. Еще Илья подавленно вздохнул, казалось, разом постарев лет на десять. Сердечные дела ужасно ранят.

— Тогда с кем именно я общался? Кому писал?! Ради кого все бросил и приехал в другой город с билетом в один конец?! — при окончании мыслей вслух тот не заметил, как перешел на отчаянный крик, с досадой стукнув кулаком по полу. — Мне даже идти некуда! Я не могу вернуться назад! Мы с отцом… Пффф, ладно. Тебе, наверное, это совсем неинтересно. Да и поздно. Я лучше пойду.

Мне стало искренне жаль парня.

— Куда ты собрался в такой лютый мороз?! На улицу спать?! Ненормальный! Оставайся уже. Приведешь себя в порядок. Временно поживёшь здесь. Тем более, что маминому знакомому срочно требуется толковый разнорабочий. Ты вроде — парень симп… То есть крепкий… Справишься. На первое время вполне неплохой вариант. А дальше разберёшься. Вон какой инициативный.

Опять Женька не удержала свой ездовой сарказм в узде! Не выйдет из Шариковой достойного партизана или идеальной жены. Кроткость не про меня, а золотым молчанием с пеленок не владела.

Он посмотрел на меня с огромным удивлением.

Знаю. Мало кто в наши времена горемычные согласится предоставить крышу над головой человеку, с которым общался от силы минут пятнадцать. Подобных чокнутых дефицит.

— Верхнюю одежду вешай сюда, а ботинки в эту полку, — уверенно продолжила наш диалог. — Спать будешь на диване. В гостиной. Аптечку сейчас принесу, как и полотенце. Ванна — третья дверь справа. Чайник поставить?

Илья заметно смутился.

— Ты совсем не боишься меня, Женя? — вдруг спросил он. — А если я мошенник какой-нибудь или маньяк?

— Ты? Нет, — категорически отрезала, вызвав новое удивление.

— Откуда такая уверенность? — недоверчиво поинтересовался парень.

— Твои черты лица говорят больше, чем слова, — сухо отозвалась и бесстрашно направилась за аптечкой с полотенцем.

— Вот как, — задумчиво прошептал во след Илья, после чего начал раздеваться в коридоре.

Оставшись снова в одиночестве, неожиданно поймала себя на том, что очень сильно волновалась. Ладони аж вспотели. Сердце стучало, как бешеное. Дыхание давалось с трудом при мыслях, что в компании ночного гостя впервые чувствовала свободу. Мне не хотелось убежать или прервать разговор. Я будто знала Илью давно. Странные чувства!

Как можно знать того, с кем лишь недавно познакомилась?

Ага, блин, опомнилась! Ты уже впустила в дом и оставила жить непонятно кого, при этом не имея ни малейшего понятия, а сможешь ли потом выгнать в случае, если приезжий примется злоупотреблять твоей жалостью?

Эм-м-м.

Я сама с себя в афиге, но сделанного не воротишь! Некрасиво будет сказать одно, затем сделать другое.

Аптечка, Шарикова, аптечка! Кое-как встряхнулась и взяла старенькую табуретку.

Третьякова, Третьякова. Сколько раз просила ее переставить лекарства? Хорошо, что сама их редко брала, а то с моим ростом тянуться проблематично. Вот и сейчас пришлось подняться на носочки, чтобы ухватить коробку.