– Привет, девчонки! – Влад плюхается на стул за соседним столом, поворачивается к нам лицом и подмигивает зеленым глазом. – Как житуха?

– Все окей, Владик, – верещит Ритка.

Кошусь на нее, растаяла, дурында: глаза блестят, щеки розовеют, еще миг – и бросится к нему на шею. Что-то подружка совсем поплыла, вот-вот слюнка закапает. Давно знаю, что Влад ей нравится, но она обычно держит себя в руках, а тут…

«Нет уж, дорогая, он занят и отдавать его никому не собираюсь!»

– Поль, готова к контроше? – спрашивает меня Влад и подмигивает.

Я сталкиваюсь с ним взглядом и таю. Он смотрит так пронзительно и призывно, что мурашками покрывается спина и сбивается дыхание.

– Конечно, – отвечаю ему уверенно и кошусь на Ритку, которая сейчас превратилась в одно большое ухо.

А она, будто специально, положила руку с браслетиком на стол и играет им, теребит дракончика. На миг закрываю глаза: как хочется получить такой подарок! Может, Влад сообразит, вон, и он разглядывает украшение.

И тут чуть не падаю от удара по затылку. Что за?

– Макар, ты спятил?

Влад вскакивает, закрывая меня спиной, толкает Сашку, тот сбрасывает его руку.

– Да пошел ты! Это не я!

Я выпрямляюсь, трогаю затылок.

– Поль, прости засранку, – наклоняется ко мне Светка Михайлова и умильно заглядывает в глаза. – Я хотела Сашке учебником двинуть, а он, скользкий гад, увернулся, вот я и попала по тебе. Больно?

– Пустяки, – улыбаюсь ей, хотя в голове все еще гудит.

Зато Влад не считает стычку пустяком. Он по-прежнему сверлит Сашку взглядом и цедит сквозь зубы:

– Извинись! Это ты заварушку затеял.

Они стоят друг напротив друга и агрятся. Оба высокие, стройные, красивые. Только Влад – интеллигент, джентльмен до мозга костей, а Макаров – хамло с повадками бандюгана из подворотни. Вот он и сейчас ухмыляется, словно ситуация его развлекает.

– А что будет, если мне начхать? – спрашивает лениво, окидывая класс взглядом, приглашая в зрители.

– Увидишь! – бесится Влад. – Извинись!

– Да мне фиолетово! Пусть Светка извиняется. Это она Зареку толкнула.

Сашка набирает полный рот слюны, ищет, куда сплюнуть, соображает, что не на улице, и проглатывает ее. Вижу, как дергается кадык.

Ненавижу его! Тоже хочется огреть учебником по упрямой башке!

– Не Зареку, а Полину! – требует Влад. – Повтори!

– Слышь, мачо заюзанный, – цедит Сашка, закатывая рукава, – чего прилип, как банный лист?

– Еще один гудок с твоей платформы, и зубной состав тронется, – Влад расстегивает жилет.

– Засохни, гербарий!

Класс напряженно следит за перепалкой. Я вскакиваю, дергаю скандалистов за рукава:

– Ребята, не надо. Звонок… слышите?

Я умоляю одноклассников, а сама в ужасе. Сердце вот-вот выпрыгнет из груди. Не хватало еще стать причиной драки в школе! Сразу доложат отцу, а он…

Страшно подумать, что сделает он как директор лицея.

– Извинись! – свистящим шепотом повторяет Влад.

Его лицо перекошено от бешенства.

– Я в порядке, – кричу в голос. – Мальчики, прекратите!

Но от меня оба противника отмахиваются, как от комара.

– Да пошел ты, Козловский, в… зад! – шипит Сашка. – Иди, вон, Польку ублажай. Или Ритку…

Я на миг замираю, а потом дергаю Макарова за рукав.

– О чем ты, Саш? Объяснись!

И тут Влад резко выбрасывает кулак…

Сашка откидывается, уходит от удара, тут же группируется и отвешивает короткий хук правой прямо в солнечное сплетение соперника. Влад сгибается пополам. Одноклассники с криками вскакивают.

– Бам!

Мы подпрыгиваем от громкого стука.

– Немедленно прекратите! Макаров… Козловский!

Возле учительского стола стоит Марина Николаевна, учитель математики по прозвищу Пифа, а по совместительству наша классная. Ее кулаки прижаты к столешнице, стопка тетрадей валяется на полу. Мы встряхиваемся, бросаемся их поднимать. Сашка опускает закатанные рукава рубашки и садится на свое место, будто ничего не случилось.

– А чего он… – по-детски огрызается Влад и тоже садится.

Влад, пылая красным лицом, одергивает жилет и поправляет галстук. Он до предела взвинчен и зол. Я не понимаю, с какого перепугу он так взбеленился.

– Спятили, петухи! Лучше на контрольной покажите, на что способны!

Пифа резко поднимает только что собранную нами стопку тетрадей и с грохотом опускает на стол. От удара подскакиваем и втягиваем головы в плечи.

– Ну все, хана теперь! – шепчет Ритка.

– Ага. Отыграется по полной. Лишь бы отцу не пожаловалась.