Угрюмое лицо Алекса тронуло подобие улыбки.

— Пока мы точно не знаем, в какую сторону лиса собирается прыгнуть — в Имоцки ведет несколько дорог, — продолжил Петерсен, — но, как только Киприано определится с выбором, нам немедленно доложат. Если двигатель «Коломбо» уже очищен от сахара, он мог бы вернуться домой вместе с Карлосом. Хотя, думаю, это маловероятно. Скорее всего, для возвращения в Рим Киприано воспользуется более быстрым транспортом. Неподалеку отсюда находится военный аэродром. Я и Иван отправимся туда для проверки.

— А позволительно ли будет… — как обычно, начал, было, Харрисон.

— Хочу убедиться, есть ли там самолет, ожидающий Киприано.

— Разве аэродром не охраняется?

— Мы представимся итальянскими офицерами. Погоны полковника сделают меня старшим среди аэродромных чинов. Мы просто приедем и спросим.

— В этом нет нужды, Петер, — сказал Иосип Пижаде. — В аэродромных мастерских работает моя кузина, инженер по техническому обслуживанию. К сожалению, ей не приходится иметь дела непосредственно с самолетами, иначе бы итальянские ВВС постоянно преследовали загадочные катастрофы. Я могу позвонить ей по телефону.

— Спасибо, Иосип.

Хозяин гостиницы вышел. Лоррейн сказала:

— Еще одна надежная солидная гражданка?

— В Югославии таких великое множество, — откликнулся Петерсен.

Иосип пришел обратно спустя две минуты.

— К вылету готовится итальянский военный самолет. Он предназначен для майора Киприано.

— Спасибо, — вновь поблагодарил хозяина Петерсен. — Теперь мы почти наверняка знаем, какую дорогу выберет Киприано. Нам с Иваном остается лишь подыскать подходящее для засады местечко. Можно взять твою машину, Иосип?

— Тогда уж берите и меня с собой, — сказал хозяин. — Есть отличное место на примете. Зарина спросила:

— А мы можем прогуляться по городу?

— Думаю, да. Вы не понадобитесь до наступления сумерек. Правда, на вас могут обратить внимание волки-одиночки из числа разнузданной итальянской солдатни, — Петерсен взглянул на Джакомо. — Я чувствовал бы себя спокойней, если бы вы остались с девушками.

— Не слишком большая жертва, — отозвался тот. Зарина усмехнулась.

— Разве нас надо от кого-то защищать?

— Только от настырных солдат.

Сигнал из Имоцки поступил довольно неожиданно, в самом начале обеда. Вошла Мария и сообщила:

— Они только что выехали. Направились в Посушье.

— Дорога на Мостар. Прошу прощения, господа, — Петерсен встал из-за стола. То же самое сделали Алекс, Черны и Эдвард.

— Поехал бы с вами, — пробормотал Джордже, — но вы же знаете, я не человек действия…

— Единственное, что я знаю, — холодно заметил Петерсен, — так это тр, что ваши челюсти еще не набрали нужную скорость и едва пригубили свой первый литр пива.

— Будьте осторожны, — сказала Зарина. Петерсен улыбнулся.

— Джакомо, едете? — спросил он.

— Разумеется, нет. Напротив отеля — пивная, битком набитая подвыпившей солдатней. В любой момент солдаты могут заглянуть и сюда.

— Слыхали, Зарина? Если бы Джакомо представил хотя бы малейший шанс наделать в итальянцах кучу дырок, он первым вскочил бы в грузовик. Такой возможности не предвидится. Тем не менее спасибо за вашу заботу…

Алекс стоял на самом краю болота напротив лесной дороги, отходящей от шоссе Листица— Мостар. В левой руке он держал белый платок, в правой — ручной пулемет, Среди деревьев притаился итальянский военный фургон. В кабине его сидел Петерсен.

Алекс взмахнул платком, и по условленному знаку майор вывел фургон из укрытия, полностью перегородив шоссе по всей его ширине.

Штабная машина, к счастью для своих пассажиров, ехала не очень быстро. Выбор у водителя был ограничен: пулемет Алекса, столкновение с фургоном или лесная чаща. Видимо, шофер обладал неплохой реакцией — он выбрал последний вариант. Врезавшись в густой кустарник, лимузин потерял управление, несколько раз перевернулся в воздухе и приземлился на левый бок. Колеса его продолжали медленно вращаться. Пулеметная очередь разнесла стекла машины, но большой необходимости в этом не было. Пятерых пассажиров, невредимых, если не считать царапин на их лицах, и без того оглушило. Они не успели опомниться, как оказались под прицелом четырех ручных пулеметов. Мысль о сопротивлении могла прийти в голову только самоубийце.

Вернувшись в отель, Петерсен и Черны обнаружили компанию сидящей в баре. Джордже занимал привычное место за стойкой.

— С возвращением, джентльмены, — сказал генерал-майор самым приветливым тоном, на который был только способен.

— Как я вижу, с обедом покончено, — констатировал Петерсен.

— Да, он был неплох, очень даже неплох. Что будете пить? Пиво?

— Пиво? Подходит.

— Джордже, а вы не хотите узнать, как прошло дело? — удивленно спросила Зарина.