– Вопрошай его сам, – огрызнулся Диабло. – Мне довольно того, что он вырвал моего сына из Чистилища!

Азмодан вперил в меня взор, поднес исполинский коготь к моему лицу и, источая чистейшую ненависть, прогрохотал:

– Ты слышал меня, червь! Отвечай без утайки, и, быть может, твоя душа задержится в бренной оболочке до рассвета! Тебя направил Люций? Или ты стал прихвостнем Бездны, и она отправила тебя, чтобы навредить нам?

– Отец, я же поведал, как все… – начал Деспот, но невидимая сила отшвырнула его на сотню шагов.

– Вели своему щенку не вмешиваться! – прорычал Азмодан.

Диабло, к моему изумлению, молча кивнул. Убедившись, что Деспот невредим, он поднялся, я обратил взор к Азмодану и спокойно ответил:

– Я рад, что великий князь говорит о Люции и Бездне как о врагах. Для меня они тоже враги. Смертельные враги.

– Все так же плетет словесные сети, – прошипел Белиал. – Смертный, не смей равнять себя с нами. Наше противостояние с Люцием и Бездной – не твой уровень! Кто ты для них? Прах под копытами! К тому же ты уличен во лжи – даже мы не смогли бы выжить в Пекле.

– Все ясно, – провозгласил Азмодан. – Твой отпрыск давно пляшет под дудку этого человечишки, Диабло. Именно Деспот поведал смертному о Пекле, а тот решил сплести себе легенду о своем проникновении сюда. А коли так, вывод очевиден: смертный – лишь марионетка в лапах Люция и Бездны! Только им под силу забросить сюда кого-то из Дисгардиума!

Не успел Азмодан закончить свою тираду, как его исполинская когтистая лапа метнулась ко мне. Однако, к изумлению всех присутствующих, я, даже не используя Ясность, с легкостью уклонился от захвата, словно наблюдая за движением демонического князя в замедленном времени. Как бы ни был быстр князь, я оказался быстрее.

Взревев от ярости, Азмодан выбросил вперед длиннейший коготь, целясь мне прямо в грудь. Этот смертоносный удар должен был пронзить меня насквозь, но… мое тело двигалось само по себе, опережая мысли. В мгновение ока я перехватил чудовищный коготь, останавливая его в волоске от своей плоти.

Огромный князь Преисподней, бывший Старый бог, зарычал и напрягся так, что все его тело загорелось и начало источать дым и искриться, но для меня его потуги были словно атака плюшевой собаки.

Наши взоры скрестились. В глазах Азмодана читалось неверие и… страх? Я сжал пальцы, и раздался хруст. Коготь, способный разорвать саму ткань реальности, треснул и сломался. Обломок обратился в пыль в моей руке.

Воцарилась гробовая тишина. Даже Диабло и Белиал застыли, потрясенные увиденным. Азмодан отшатнулся, баюкая поврежденную конечность и не сводя с меня ошеломленного взгляда.

Все-таки разум – сложная штука. Когда Белиал и Азмодан сразу повели себя враждебно, я внутренне сжался. Они, по сути, боги этого измерения, чье могущество неоспоримо, а я…

Стоило об этом подумать, как меня поразило внезапное осознание: то давящее, почти непереносимое ощущение их мощи, которое я испытал при нашей первой встрече, теперь почти не ощущалось. Тогда я был готов упасть на колени, раздавленный их величием. Сейчас же я стоял прямо, глядя им в глаза как равный. Что изменилось? Неужели они настолько ослабели? Но нет, иначе бы их черная звезда сменилась красными! Получается, я настолько вырос в силе?

Передернув плечами, я стряхнул с себя пелену их присутствия. Казалось, невидимый кокон, обволакивавший мое тело, душу и разум, треснул и осыпался, как скорлупа. Лица князей скривились, а Белиал даже пошатнулся, неверяще глядя на меня.

Сломанный коготь Азмодана восстановился, поглотив хао из воздуха: сначала обрел призрачные очертания, потом наполнился материей и затвердел. Однако князь не стал повторять атаку. Повернувшись к Диабло, он с нескрываемым удивлением добавил:

– Невероятно, как этого смертного еще не разорвало изнутри… Его мощь подавляюща! – Обратившись ко мне, Азмодан заговорил намного мягче, но с ноткой обиды: – Ты скрывал свою истинную сущность, смертный… – Чуть подумав, он все же назвал меня по имени: – Скиф.

Вздрогнув, Диабло тихо обратился ко мне:

– Воистину поразительно… Едва узрев тебя, я на миг ощутил твою мощь, но это ощущение быстро ускользнуло, и я не придал ему значения. Теперь же я вижу… Мы все чувствуем в тебе невероятный потенциал. Как тебе удавалось скрывать столь великую силу?

Я и сам был удивлен тем, что князья почувствовали мою силу только сейчас, но объяснить этого не мог. Возможно, все дело в собственном восприятии – из Пекла я вышел с ощущением, что способен свернуть горы. Затем, увидев князей и полагая себя слабее, я невольно сдерживал свою ауру. Когда же я осознал, что не уступаю им, моя истинная сущность проявилась во всей красе. Впрочем, это были лишь мои догадки, поэтому я ограничился тем, что пожал плечами.

– Я ничего не скрывал, по крайней мере нарочно. Но даже если бы сказал, вы бы поверили? Вы отрицаете даже ту правду, что вам известна: мы с Деспотом на самом деле прорвались сюда из Пекла!

– В это… в это действительно сложно поверить.

Пробормотав это, ошарашенный Азмодан сделал пару шагов назад и посмотрел на Диабло. По всей вероятности, сейчас оба князя усиленно обменивались мнениями.

Белиал, что молчал и ранее, и сейчас не вмешивался в мысленный разговор других князей, но издал звук – что-то вроде хмыканья, в котором чувствовалось одобрение. Я внимательнее вгляделся в его лицо. Этого великого князя я знал лучше остальных и сейчас четко увидел разницу. За маской величия и ужаса теперь проступало что-то новое – тень усталости, печать поражения. Его аура, все еще внушительная, казалась потускневшей, словно подернутой дымкой.