– Могу ли я попросить вас об одолжении? – нерешительно протянула Элисон, нахмурившись.

– Все, что угодно, если это в моих силах.

– Моя дочь нашла в доме шкатулку, на вид очень старую, возможно семейную ценность. Я знаю, что оценка таких вещей не делается по фото, и это совсем не ваш профиль, но может вы ее изображение наведет вас на мысль о происхождении – фирме-изготовителе, примерном времени, когда похожие шкатулки выпускались. На ней изображены бабочки, и, если мне не изменяет память, надпись на греческом, о чем-то да это говорит. Хотелось бы узнать хоть что-то.

В трубке воцарилась тишина, и Элисон вздохнула, коря себя за навязчивость.

– Не знаю, смогу ли я помочь, но буду ждать от вас фото. Но только при одном условии – зовите меня Эдмунд.

– С радостью, – рассмеялась женщина. – Но тогда и для вас я просто Элисон.

За время разговора пришло еще одно сообщение от суперинтенданта: «Рад, что у вас все хорошо. Напоминаю, что вы можете звонить мне в любое время, что бы ни случилось».

– И почему все так стремятся обо мне позаботиться? – усмехнулась Элисон.

Но как бы она не храбрилась, делая вид, что разговор никак на нее не повлиял, легкое, веселое настроение ушло, и женщина, быстро преодолев комнату, выключила музыкальный центр, оборвав певца на полуслове. Прикрыв на мгновение глаза, и сделав глубокий вдох, Элисон выкинула из головы все мрачные мысли и, хлопнув в ладоши, улыбнулась и направилась на кухню – готовить ужин для них с Мелоди. На журнальном столике так и остался лежать нетронутый альбом с фотографиями.

Элисон успела приготовить почти все, что хотела, и вытащила из духовки блюдо с лазаньей, меняя его на другое – с вишневым пирогом, который должен был как раз запечься к десерту, в это время наверху хлопнула дверь.

– М-м, какой запах! – крикнула Мелоди, спускаясь по ступеням.

– Ты как раз вовремя, – выглянула из-за двери Элисон, на ходу снимая с руки рукавицу-прихватку, и прежде чем нырнуть обратно на кухню, бросила: – Мой руки, и садись за стол.

Протянутая к вешалке с зажатой между пальцев курткой рука дрогнула и замерла в нескольких сантиметрах от намеченной цели. Стоило только ароматам еды сквозь открытую дверь просочиться в коридор, как брови девушки взлетели вверх от удивления, и она заторопилась на кухню – скорее узнать, не привиделось ли ей все это.

– Ты нашла доставку? – делая последнюю попытку хоть что-то понять, спросила Мелоди. – Аарон клялся, что в Уотертоне нет ничего даже отдаленно напоминающего фастфуд.

– И он был прав, это весьма консервативное место. Местные жители считают, что каждый человек женского пола рождается с навыками ведения домашнего хозяйства, – засмеялась Элисон. – Я сама приготовила нам ужин. Садись.

– Мы не отравимся? Последний раз ты готовила... – подозрительно прищурилась Мелоди и задумчиво постучала пальцами по подбородку, – Да ты вообще не готовишь! За исключением этих ужасных правильных завтраков, после которых возникает только два желания: повеситься и выбежать на улицу в поисках лавки с хот-догами, сделанными из черт знает кого, или и то, и другое сразу.

Элисон фыркнула и пододвинула для дочери стул, демонстративно оставляя ее заявление без ответа. Стоило только Мелоди устроиться за столом, как женщина вернулась на кухню, проверяя пирог в духовке, но тут же вернулась и села напротив. Между ними стояло несколько блюд, выглядевших так аппетитно, что девушка, не евшая ничего с утра, едва сдержалась, чтобы не накинуться сразу на еду, и бросила подозрительный взгляд на мать, но та лишь улыбнулась в ответ. В черных легинсах, топе и разноцветном кардигане никому не известного происхождения женщина чувствовала себя так комфортно, словно завернулась в покрывало. Вопреки всем опасениям дочь оставила все комментарии при себе и начала есть.

– Кто ты и куда ты дела мою мать? – спросила Мелоди с набитым ртом, доедая добавку.

– Брось, я всегда умела готовить, просто времени не было, – пожала плечами Элисон. – Попробуй пирог.

– И так теперь будет всегда? – Мелоди обвела стол рукой и посмотрела матери в глаза.

– Скорее всего, только пока мы здесь. Ты же и сама знаешь, мне надо будет вернуться к работе.

Положив кусок пирога на тарелку, Мелоди поболтала водой в стакане, сделала глоток, нахмурив брови и что-то обдумывая, а потом снова повернулась к матери:

– Так может, не будем уезжать?

Вилка со звоном стукнулась о тарелку и отлетела в сторону. Женщина замерла на мгновение, а затем сделала вид, что не услышала вопроса, взяв себе столовый прибор и вернувшись к еде. Когда тарелки опустели, а Мелоди откинулась на спинку стула, сообщив, что лопнет, если съест еще хоть крошку, Элисон улыбнулась и спросила:

– Посмотрим фильм? Проведем тихий семейный вечер вдвоем.

– И забудем, что еще вчера из дома выносили труп? – усмехнулась Мелоди. – И даже про придурка, который может вернуться за нами, судя по опасениям констеблей?