Я, после того как получил и ознакомился с письмом короля, принял участие в совместном ужине, а затем пригласил членов Совета баронства, включая свою жену, к себе в кабинет.

Совет баронства включает в себя всего девять членов: это я сам; баронет Беон Аристи — мой наследник; баронет Петар Аристи — куратор флота; баронет Круно Аристи — куратор армии; Хейк — тиун баронства; баронет Сандар Киран — начальник службы эдилов; генерал Сток Вернер, баронет — командующий армией; баронет Агро Кедрик — командующий дворянским (конным) ополчением; а также единственная женщина в Совете — моя жена, баронесса Бранка Аристи.

Что удивительно, предложение включить в состав Совета кандидатуру Бранки внес не я и не мои сыновья, а другие члены Совета. Причем единогласно. Но я и не сопротивлялся. Думаю, мне лучше других известны ум и человеческие качества жены.

При необходимости, на заседание Совета я могу вызвать и других персон. Все зависит от тематики совещания. Так уж вышло, что в этот раз пришлось собраться сокращенным составом.

Петар убыл в свой манор, чтобы на месте организовать работу по подготовке, погрузке и отправке людей и имущества на Китовые острова для основания поселения рыбаков и китобоев.

Круно отправился в ППД Оряхово, заодно взявшись сопроводить новых рекрутов для аристийской армии. Остальные семь человек в сборе, а вызывать кого-то дополнительно нет необходимости.

— Милорд, вам нельзя ехать в Волин всей семьей, — высказал свое мнение Агро Кедрик. — Нельзя одновременно рисковать собой и своим наследником. Никто так не делает.

Остальные члены Совета согласным гулом поддержали Кедрика. Да я и сам это понимаю. Новые властители, пришедшие на смену умершим от старости Немантидам: королю Экору IV и графу Эмери тер Хетск, оказались безмерно жадны и неблагодарны.

Сопляк Дориан II и еще больший сопляк двадцати двух кругов жизни от роду Жерар тер Хетск стали воспринимать как должное то, что я являюсь основным спонсором и военной силой королевства.

Причем, они не считают это моей заслугой или предпочитают не считать. Воспринимают мой вклад в экономику и военную мощь своих владений как само-собой разумеющееся. А может быть, испугались быстрорастущего влияния моего Рода в королевстве, кто знает?

«Малолетние дебилы», — как говаривал один, уважаемый мной, земной блогер и переводчик фильмов. И как, на мой взгляд, он правильно пояснял: малолетние дебилы — это не возрастная категория, а состояние мозга. Можно быть малолетним дебилом и в сорок, и в шестьдесят.

— Запросы вашего сюзерена, графа Жерара тер Хетск, последнее время стали необоснованно высоки, — возмутился Хейк. — И король ему в жадности не уступает!

— Предки с ними. Пока терпимо, — отмахнулся я от своих ближников.

— Нет, милорд, так честный сюзерен себя со своими вассалами не ведёт, — тихо, но внушительно сказал Сандар Киран. — Не к добру этот вызов.

— Может, не ехать? Подарки послать, да и все! — громыхнул басом Сток Вернер.

— Я не могу не ехать. Это будет прямым оскорблением короля, — не согласился я со своим другом. — Такое монархи не прощают.

Да, Сток не гений политики и интриг, но я его не за эти качества возвысил. Зато он верный друг и знатный вояка. Агро тоже, как и его брат Мабон, давно «вырос из детских штанишек».

Служба пажами и оруженосцами осталась давно позади, в юности. Агро сейчас — сорок шесть, а Мабону — сорок один. Но оба «брата-акробата» прошли вместе со мной и Крым, и рым, и медные трубы. И ничего их не испортило. Кедрики остались верными и порядочными людьми. Все в отца!

Естественно, и я никогда не обделял их вниманием. Агро сейчас владелец отеческого манора Дубровник и командир дворянского (конного) ополчения баронства, а Мабон — майор, командир моей гвардии.

Кстати, давно прошедший ту же, что и братья Кедрики, «школу пажей-оруженосцев», Буеслав Вячко, которому сейчас тридцать шесть, является командиром первого взвода моих кирасир.

Должность вполне соответствует его характеру. Наши противники, кому не повезло встретиться на поле боя с Буеславом, быстро это начинают понимать. Конечно, если успевают это сделать до того, как их душа отправляется к Предкам.

Мои сыновья также прошли все положенные ступени становления молодого дворянина. Все трое побывали пажами и оруженосцами у наставников, выбранных мной среди своих вассалов.

Может быть то, что я не попросил своего сюзерена стать наставником для своих сыновей, вызвало охлаждение со стороны хетского князя? Вполне возможно. Но я не мог позволить надолго оторвать своих наследников от родного феода.

Петара я отдавал в обучение к Стоку Вернеру. Пусть Сток и выходец из простолюдинов, но другой кандидатуры для старшего сына не было. Петара я сразу «посадил» на манор Оряхово, а там мне неоткуда было взять природного аристократа.

Допускать же в «сердце» моего баронства постороннего дворянина — неприемлемо. Пришлось назначать наставником Стока. Но это неплохо, он и опекуном у Петара был и сам давно оряховский.