Поэтому Джон Саттер отнесся ко мне довольно признательно и предложил дружбу. Мы ведь с ним теперь будем соседями. Так как его поселение Новая Гельвеция и обширные территории вокруг него граничили с теперь уже моими землями Форта Росса. Кстати, Саттер сознался, что приобретенная им русская колония оказалась не такой прибыльной, как он раньше думал. Золота там он не нашел. Поэтому стал уделять этим своим владениям мало внимания. Сам то он проживал в Новой Гельвеции. А всеми делами в Форте Россе рулил его управляющий Вильям Бенитц. Который постоянно жаловался, что доходы с тех земель падают. Так как людей после ухода большинства русских поселенцев, которые после продажи американцам своей колонии покинули эти места, там оставалось довольно мало сейчас.

Я подробно порасспросил Джона Саттера про особенности ведения хозяйства в тех местах. И выяснил, что в Калифорнии возникают трудности с сельским хозяйством. Там же климат довольно засушливый и жаркий был. Почва каменистая. Источников воды мало. Но мне повезло уже в том, что на моих землях южнее самой крепости Росс протекает река Славянка. Это, кстати, русское название. А вот американцы ее прозвали Русская река. И вот как-раз вдоль той реки располагались все основные сельхозугодия русской колонии. Там почва была самой плодородной в этих местах. А вот в другой части моих владений местность меньше подходила для сельского хозяйства. Зато там выращивали скот.

Глава 18.

Калифорния.

Я внимательно осматривал свои новые владения. Сам Форт Росс, давший название этой русской колонии, был небольшой деревянной крепостью, выполненной из местных калифорнийских деревьев под названием секвойя. Данная красная древесина славилась своей твердостью и устойчивостью к коррозии. Нормальный материал для строительства крепости выбрали русские инженеры. А главное – это гораздо дешевле чем каменное строительство. Да, и строить деревянные строения всегда быстрее чем каменные. Хотя и с камнем в этих краях тоже нет особых проблем. Его тут в Калифорнии хватает с избытком.

Периметр стен Форта Росса имел прямоугольную форму с двумя восьмиугольными башнями на двух диагональных углах. Еще к стене была пристроена деревянная православная часовня. В которой даже один священник обнаружился. И звали его отец Михаил. Этот самоотверженный святой отец нес службу в часовне Форта Росс по сей день. Он не покинул эти края как многие русские колонисты, когда эта земля перестала принадлежать Российской империи. По его словам раз здесь еще остались православные люди, то не следует священнику покидать свою паству.

На меня отец Михаил сначала смотрел с опаской. Он побаивался, что я как новый хозяин этой земли стану насаждать тут свои порядки. И могу даже выгнать православного священника прочь. Но я поспешил его успокоить, заявив, что и сам являюсь русским человеком. Рассказал ему, что мой отец был русским по национальности. Но ему по неизвестным для меня причинам пришлось покинуть Россию. Потом он поселился в штате Техас, который тогда еще не был американской территорией, а принадлежал Мексике. Там отец женился на белой местной девушке. После чего на свет появился уже я. Да, вот такую легенду своего легального появления в этой стране я придумал уже давно. И даже скормил ее журналистам, которые интересовались моим прошлым. Ну, мне же надо было как-то местным жителям объяснять, кто я такой и как сюда попал. При этом я, всячески старался, чтобы меня не связали никак с настоящим хозяином этого нового тела Ваней Снеговым, бежавшим из Российской империи.

В конце своего рассказа я попросил отца Михаила меня окрестить по православному обряду. А то мой покойный отец еще в Техасе мне завещал креститься в православную веру. И русский священник провел этот церковный обряд с большой радостью, посетовав при этом, что давно уже местные индейцы у него не крестились. Раньше то аборигены более охотно переходили в православие. Но когда русская колония перестала официально существовать. То индейцы, живущие неподалеку, сразу же утратили веру. И повыбрасывали православные кресты, надев снова свои языческие обереги из когтей и зубов животных.

Мда! Ну, что тут скажешь? Я почему-то даже не удивлен. Если уж в двадцать первом веке индейцы продолжают упорно верить в духов. То о чем тут можно говорить в середине девятнадцатого века. Ведь местные аборигены увидели, что бог русских ослаб. Раз это русское поселение перешло под другую власть совсем не православных людей. А значит, такой слабый бог индейцев не защитит. Другое дело – духи, в которых верили все индейцы. Поэтому я и не удивлен, что здесь такое случилось. Вера в Христа чужда индейцам. У них другие боги, которые им помогают. А Христос – это чужой бог белых людей.

Зачем я крестился по православному обряду? Нет, я не поверил резко в Бога. Я убежденный атеист. Даже несмотря на мое чудесное попадание в этот мир, я в конкретного Христа не верю. Думаю, что его придумали сами люди, которые вечно ищут сверхъестественные силы в разных странных событиях, происходящих в мире. Просто раз я буду иметь дело с русскими людьми, то мне надо быть для них своим. Таким же русским и православным человеком, а не непонятным иностранцем. Так мне русские будут больше доверять. Я же здесь планирую возглавить именно русскую общину. И русские традиции с языком на моей земле хочу сохранить. Чтобы тут появился самодостаточный русский анклав. Который будет влиять на всю Калифорнию. Вот такие у меня наполеоновские планы созрели. Еще когда я был с Кольтом в Российской империи. Может быть это звучит пафосно и глупо? Возможно и так. Но я, все равно попробую воплотить свою задумку в жизнь.