– Но они их получили. каким образом?

– Должен признаться, что я отправил им чертежи, - вздохнул Рафферти.
– Как вы понимаете, послать бумагу куда дешевле. Они будут платить мне с каждого проданного экземпляра, - он закурил.
– Представляете, он пытался уверить меня, что никогда не слышал о такой форме расчета. Но, раз он разобрался в моем устройстве, - значит, у них на Веге технологическая цивилизация. А как может развиваться технология без использования изобретений? В конце концов, он признал, что сам занимается торговлей.

– Как... как вы объяснили ему, что значит слово "гонорар", если вы едва научились понимать друг друга?

– Я всего лишь инженер, - ответил Рафферти, - но если настанет день, когда я не смогу объяснить такого пустяка, мне придется закрыть лавочку.

Внезапно Наварра разрыдался.

Рафферти отвел взгляд. Он не мог смотреть на плачущего мужчину.

– Уотсон был прав, - всхлипнув, прошептал Наварра.
– Бедный Уотсон, он был прав. Вас следовало расстрелять.

Рафферти попытался изменить тему разговора.

– А что случилось с Уотсоном?

– Его перевели. Сейчас он бухгалтер на какой-то верфи. Бедняга. Он был совершенно прав, - Наварра вытер слезы.
– Значит, у них есть чертежи, и теперь они изготавливают массопередатчики.

– Да, разумеется.

– Разумеется, разумеется, - бормотал Наварра, направляясь к двери.

Рафферти почему-то подумал, что скоро на верфи появится второй бухгалтер.

На следующий день Наварра вернулся.

– У вас есть что-нибудь выпить?

Рафферти налил ему виски. Наварра одним глотком осушил стакан.

– Китайская республика назвала все это империалистической провокацией. Франция начала мобилизацию и готова объявить войну всем членам ООН. Англия считает, что мы сознательно оскорбили королеву, - он протянул стакан и Рафферти снова наполнил его.
– Дохлые вегианские "кошки" валяются по всему Лувру. Никто не может определить, чем залита королевская спальня в Лондоне. Лидер большинства выступал в парламенте, когда перед ним открылось "окно" и на него выплеснулась волна вегианской грязной воды...

Рафферти потянулся за виски.

– Кажется, вчера я забыл сказать вам об этом.

– О чем именно?

– Келли продает массопередатчики в качестве утилизаторов мусора.

Шесть месяцев спустя Наварра пребывал в более благодушном настроении. Земля и Вега заключили договор и вернулись к традиционным способам утилизации мусора. Дела Рафферти шли прекрасно. Так же, как и Келли, который стал главой фирмы "Вега-Экспорт".

Но однажды утром Рафферти позвонили из офиса.

– Мистер Рафферти, "Вега-Экспорт" только что объявила о выпуске в продажу новой модели массопередатчика.

– О?

– Они воспользовались пунктом договора, разрешающим торговать на Земле.

– И что?

– Они уменьшили нашу долю на семь с половиной процентов.

– Семь с по... благодарю.

Сев в машину, Рафферти поехал на свалку. Найдя то, что требовалось, он вернулся в лабораторию и вызвал Келли. Убедившись, что тот ждет на другом конце туннеля, Рафферти швырнул в передатчик дохлую кошку и выключил лабораторный массопередатчик.

Рафферти все еще улыбался, когда из возникшего в воздухе мерцающего "окна" его с головы до ног окатили грязной водой.

Инженер не обиделся. Бизнес оставался бизнесом.