P. S. Жду шутки, мол, Чен Лисинь для желудка незаменим)

Стоило нам только занять места в ложе, как аукцион Семьи Вьюги начался. Организаторы словно дожидались только нас. Возможно, так оно и было.

Пока аукционист приветствовал собравшихся гостей и обещал сегодня продемонстрировать горы сокровищ, старейшина Джун Де вдруг посмотрел на меня и начал поглаживать свою козлиную бородку. Те, кто знал мужчину, могли сказать, что он сейчас о чём-то сильно задумался. Была у него такая привычка теребить свою бороду во время дум.

— А ведь день рождения молодого мастера идёт практически сразу же после юбилея старейшины Цзиньлуна. Теперь ещё мучиться с тем, что подарить вам, — обречённо произнёс он.

— Достаточно будет просто поздравить, старейшина Джун Де, — ответил я ему с лёгкой улыбкой.

— Когда я в прошлый раз так сделал, меня целый год называли божественным скрягой из Божественной Семьи за спиной.

Едва удалось сдержать усмешку. Многие люди считают, что Джун Де невероятно богатый человек. Я понимаю, почему они так думают. Старейшина отвечает за финансы Божественной Семьи. Наша казна и бизнес на нём. Но люди почему-то забывают, что это не личное имущество Джун Де. Он по факту получает такое же жалование, как и другие старейшины. Ещё ему идут доплаты за Стальной Ранг, которые будут даже больше, чем зарплата на официальной должности. Это все источники дохода старейшины.

Когда мой отец поставил руководить старейшину бизнесом Божественной Семьи, он рассчитывал, что такой честный человек, как Джун Де, не будет воровать у собственной родни. Так оно и получилось. Сколько проверок другие старейшины не организовывали, желая сместить моего собеседника с лакомой должности, чтобы самим попасть на неё или поставить кого-то близкого себе, Джун Де всё ещё оставался ответственным за нашу казну и бизнес. А вот большинство тех, кто хотел его подвинуть, сейчас уже являются частью истории Божественной Семьи. Правда, Цзиньлун пока что помирать или уходить на пенсию не собирается. Он был единственным из досаждавших старейшине людей, кто ещё остался в строю.

За годы борьбы отношения между Цзиньлуном и Джун Де сильно подпортились. Это стало одной из причин, почему последний возглавляет уже мою фракцию в Божественной Семье. Помимо того, что у старейшины есть желание насолить давнему оппоненту, ему ещё любопытно, каких высот я смогу достичь. И вообще, кем в итоге станет очередной ребёнок, которого все называют гением. Последние выводы могут не соответствовать реальному положению дел. Это мои собственные предположения, что возникли после бесед и наблюдения за Джун Де.

— Не хочет ли молодой господин помочь этому старику? — чуть прищурившись, спросил старейшина.

— Мне прямо сказать, что я желаю в качестве подарка на свой праздник?

— Тогда подарок определённо принесёт вам меньше радости, ведь вы уже будете знать, что получите.

— В таком случае чего же хочет уважаемый старейшина? — спросил я уже с небольшим интересом.

— Может ли молодой мастер поведать этому старшему о своих стремлениях, целях и мечтах? Услышав ответ на этот вопрос, я, вероятно, подберу наилучший подарок из всех возможных.

Ясно. Старейшина продолжает меня потихоньку изучать. Но не только это. Он, скорее всего, действительно попытается сделать хороший подарок.

На несколько секунд я задумался. Отвечать ли Джун Де правду или то, что хочет услышать человек его мировоззрения и занимаемого положения в обществе?

Откинувшись на кресле, устремил свой взор на потолок. К сожалению, я не обладал силами, что могли бы помочь мне видеть сквозь многие метры препятствия. Сколько бы того ни желал, как бы сильно ни напрягал свой взгляд, наверху был всё ещё потолок здания, так похожего на привычный мне театр. Я не смог увидеть бескрайнего неба. Жаль.

— Мне очень любопытно, старейшина, что же вы подарите, услышав мою мечту. Поэтому поведаю вам о ней. Я желаю стать драконом, что будет безмятежно бродить по Девяти Небесам, и делать то, что хочется.

Стены Светозара были для меня слишком тесными. Пока шёл в сторону аукционного дома Семьи Вьюги, мне казалось, что я задыхаюсь в толпе. Хотелось больше свободы. Я желал действовать без ограничений. Причём на самом высоком уровне. На таком, когда смерть больше не будет оказывать давления. Мне хотелось быть выше такого естественного и привычного для людей процесса.

Сама гибель вовсе не страшила. По правде говоря, уже доводилось умирать целых два раза. В смерти нет ничего страшного. Но я всё равно желаю её победить, потому что после того, как человек умирает, как минимум в моём случае, перед перерождением, новой жизнью, следуют невероятные по болезненности муки.

Во тьме, что будто бы медленно пытается тебя разъесть, проникнуть куда-то очень глубоко, в тело вонзаются тысячи острых спиц, одновременно с этим стая ворон желает избавить кости от мяса, по венам вместо крови течёт жидкий азот, но ты сам находишься в огромном кипящем чане. Но ощущения на этом не заканчиваются. Это лишь начало. Постепенно количество пыток увеличивается. Тебя словно переезжает асфальтоукладчик, пропускает через себя промышленная мясорубка, ты тонешь, захлёбываясь водой, твой живот разрывается от количества съеденного и многое другое... Через некоторое время всё просто сливается в один сплошной поток невероятной боли. Обычный человек, даже ощути он лишь отголосок того, что уже два раза пришлось пережить мне, умер бы на месте. Другие сразу сошли бы с ума, превратившись в пускающих слюни идиотов. Сам не знаю, как не стал подобным представителем людского рода.