– Судьба-то судьба, так, а кто же хлеб расти будет. Сколько лет в школе готовили и шоферов и трактористов, а в этом году отменили эти занятия. Даже оскорбительно делается. Какое-то пренебрежение к хлеборобу и к сельскому хозяйству, – подаваясь в большую политику, высказался Прасолов Иван.

– Правильно ты говоришь, Иван, кто ж нас менять-то станет в поле? – поддержал его Снегирёв Василий.

– Все мы тут патриоты, а дома, что говорим своим детям? Учись сынок, осваивай компьютер, а то будешь всю жизнь в мазуте трястись в тракторе, а к пенсии придёт дело, так минималку получишь. Вот вы, какие патриоты, – язвительно отозвался Потапов Михаил. Директор слушал, анализировал, собирался с мыслью и старался объединить свои и мысли родителей, заговорил:

– Ну, что накурились, садитесь по местам. Все ваши высказывания и неудовольствия современной жизнью – они логичны и оправданы. Можно критиковать и правительство, и депутатов сколько угодно. Но от этого ни жизнь наша, ни обстановка не изменится. Обстановку меняют революционным путём или на выборах. За кого проголосовали, тот и диктует нам свои условия. Сколько б мы не бузили – от этого обстановка не сменится. А поэтому нам нужно решить стоящие перед нами задачи, задачи сегодняшнего дня, – директор понимал, что если он сейчас приостановится и даст возможность опять родителям заговорить, то он потеряет цель этого собрания и всё утонет в правильных речах родителей, но не к месту сказанных, и не вовремя. Лидинья, стараясь взять инициативу в свои руки, заговорила:

– Вон воробьям никаких экзаменов не требуется: любуйся весной и радуйся своей наречённой.

– Друзья, не отвлекайтесь; это из мира животных, а у нас другая среда обитания. У нас другие задачи. Экзамен на носу. И от того, как они пройдут, будет зависеть авторитет нашей школы, и дальнейшая судьба наших следующих выпускников. Если мы сдадим успешно ЕГЭ, то наша школа будет жить и работать, а если результаты будут неутешительные, то нас закроют и наших детей отправят в другую школу, к соседям. Вот те, у кого есть ещё дети, вам это понравиться? Считаю, что не понравится. А если это случится, то вы и другие будете искать виноватого, и проклинать на чём свет стоит. Поэтому перед всеми нами стоит одна цель и одна задача: самым серьёзным образом приступить к подготовке экзаменов. Готовиться всем и ученикам и их родителям. Тот, кто из родителей забыли содержание предметов: просто слушайте, что готовят и отвечают ваши дети. А ребятам не стоит ронять себя в грязь лицом перед своими родителями. Я организую консультации по всем предметам, и вы не стесняйтесь посещать их после уроков.

– А какие профессии сейчас престижные, на какие специальности спрос в нашей жизни? – спросил Михаил.

– Сейчас мы живём в условиях капиталистического рынка. Ничего не планируется, всё зависит от спроса на рынке труда на данный момент, поэтому заранее приготовиться невозможно. В этом и заключается сложность сегодняшнего дня. Нельзя предугадать рыночный спрос. Вчера требовались конюха, сегодня доярки, завтра потребуются поярки. И тут следует заметить, что если появится спрос на рынке, то вскоре появится и товар. Опять – же смотря, какова будет цена за этот товар. И когда рынок насытится этим товаром, то цена упадёт и получится кризис производства этого товара.

– На бабий товар никогда кризиса не будет, – прошептала Лидинья. Сидящие рядом женщины одёрнули её и «зашикали». – «Молчи, мол, ты не одна, тут же дети». «Это не дети, это взрослые особы, у них уже свой лозунг имеется: – Беременная – временная, а удовольствие надолго. Мы это в своё время даже говорить об этом стеснялись».

– Женщины, это не во время и не к месту. Дайте мне ответить на Михаилов вопрос. Стараясь не упустить инициативу разговора, вмешался директор. – Из послания президента видно, что ставится задача о возрождении производства, о внедрении нанотехнологий, о том, что за основу государственной политики нужно брать не только добычу нефти и газа и их реализацию, но в основном расширение производств, чтобы ликвидировать безработицу и повысить комфортную жизнь граждан. Всё должно направлено на улучшение жизни в нашей стране.

– А кто и что мешает это делать, кто не даёт правительству страны так поступить. Разговоры-то благие, а дел-то не видно, – встрял в разговор Аборнев Денис.

– А я знаю, что и кто мешает это сделать.

– Ну, так и кто – же мешает? – вновь спросил Денис.

– Кадры решают всё. Если ваши дети не сдадут ЕГЭ и не приобретут необходимые специальности, значит, перестройка отложится на год: когда новая группа выпускников на следующий год не выполнит эту задачу, поставленную президентом.

– А для чего же сокращают производства, закрывают заводы и фабрики, выгоняют рабочих на улицу? А им жить на что-то надо. Они идут грабить и убивать, – встрял в разговор Пустовалов.

– Заводы не закрывают, они сами закрываются. Их продукция или очень дорогая, или совсем не пользуется спросом.

– Так, и что – же нам дел сплочённые группы граждан. Хотя и не по теме, хотелось бы высказаться, – подняв над головой ладонь, стал убедительно доказывать Широких, – такое смутное время было и при Ленине. Рабочие страдали, но терпели, а профессионалы – воры держали Москву и другие города в страхе. Грабили магазины, склады и квартиры. Поручили Дзержинскому, срочно навести порядок в стране, а особенно в Москве. Он создаёт тройки из милиционеров, которым дал право расстреливать на месте грабителей, воров и убийц. Порядок был восстановлен. А сейчас, что творится? Люди гибнут как на войне. Жажда наживы толкает преступный мир на грабёж и убийства. Большинство убийств не раскрыто. А кого поймают: так дают условную меру наказания или ограничиваются справкой о не выезде с места жительства. Это на кого – же мы работаем?! Мы перед кем отчитываемся о своих преступлениях? Перед ЦРУ, перед английской контрразведкой? Вот, мол, смотрите на результаты вашей работы у нас. Не смогли победить в войне, так сейчас, мирным путём нас завоюют, и захватят наши богатства в свои руки. А вы сидите и ловите ворон ртом.

– Сами не можем, так хоть люди со стороны пусть ума нам дают. А то привыкли про политику трезвонить, а как за дело браться, так некому. Копайтесь у себя во дворе: сами кушайте и детей своих кормите. Хоть не сильно богато, а всё равно, жить можно и в деревне, – поправил Игнат Степанович.

– Сильно богатые люди охрану имеют. А вот пенсионеры и кто в навозе копается всю жизнь и сам, и его дети без охраны живут. А их тоже убивают: то пенсию отбирают, то скотину со двора уводят. И ладно – бы, то, что пенсию отобрал, так ещё и убивает старика или старуху. Это что же такое? Где же Дзержинского найти? – Отозвался молчаливый дядя Коля.