Я полистал книгу с таким чувством, будто Эмброуз Гайз остался по ту сторону Ла-Манша. Двадцать лет моей жизни вдруг куда-то канули. Эмброуз Гайз исчез с лица земли. А я вернулся к своим истокам, в пыльный и знойный Париж.

Но на пороге отеля у меня вдруг тоскливо сжалось сердце: нельзя вернуться к своим истокам. Разве сохранился хоть один-единственный свидетель моей прежней жизни, помнящий того мальчугана, который бродил по улицам Парижа, словно сливаясь с ними? Разве кто-нибудь опознает его под личиной английского писателя, в полотняной куртке цвета беж, автора романов о Джарвисе? Вернувшись в свой номер, я задернул занавеси и улегся на кровать. Я стал проглядывать газету, которую, пока меня не было, сунули под дверь. Я так давно не читал по-французски, что у меня опять тоскливо защемило сердце, словно после долгой потери памяти передо мной вдруг снова забрезжило мое собственное прошлое. В низу одной из полос мой взгляд случайно упал на перечень экскурсий и лекций, намеченных на завтра:

Эйфелева башня. 15 ч. Сбор у северной опоры.

Достопримечательности и подземелья горы Сент-Женевьев. 15 ч. Сбор

на станции метро "Кардинал Лемуан".

Старый Монмартр. 15 ч. Сбор на станции метро "Ламарк-Коленкур".

Сто гробниц Пасси. 14 ч. Сбор на углу авеню Поля Думера

и площади Трокадеро.

Сады старого Вожирара. 14 ч. 30 м. Сбор на станции метро "Вожирар".

Особняки северного Марэ. 14 ч. 30 м. Сбор у выхода из метро "Рамбюто".

Канал Урк - малоизвестные маршруты: мост Ла-Вилетт и пакгаузы

набережной Луары. 15 ч. Сбор на углу Крымской улицы и набережной Луары.

Особняки и сады Отейя. 15 ч. Сбор на станции метро "Мишель-Анж - Отей".

Продолжительность экскурсий 1 час 45 минут

("Памятники прошлого сегодня").

Завтра, если мне станет слишком одиноко в этом летнем Париже, я смогу пойти на одну из этих экскурсий. А сейчас пора ехать к Тацукэ. Стемнело. Такси катило по Елисейским полям. Лучше бы я прошелся пешком, смешался с толпой гуляющих, заглянул в "Спортивное кафе" на авеню Гранд-Арме, чтобы усладить свой слух болтовней конюхов и шоферов. Это помогло бы мне постепенно заново освоиться в Париже. Впрочем, к чему? Отныне мне надо смотреть на этот город как на любой другой чужеземный город. И приехал я сюда единственно ради встречи, которую мне назначил японец. К тому же, едва такси свернуло на бульвар Гувьон-Сен-Сир, я убедился, что "Спортивного кафе" больше нет. На его месте возвели дом из голубоватого стекла.

У портье отеля "Конкорд" я спросил, где найти месье Еко Тацукэ. Он ждал меня в ресторане на восемнадцатом этаже. Лифт скользил вверх в ватном безмолвии. Холл покрыт оранжевым паласом. На стальной перегородке надпись золотыми буквами: "ПИЦЦЕРИЯ-ПАНОРАМА ФЛАМИНИО" - стрелка указывала, где вход. Музыка, лившаяся из невидимых репродукторов, напоминала ту, что звучит в аэропортах. Официант в бордовой куртке указал мне угловой столик у окна.

За столиком сидел учтивый японец в сером костюме. Он встал и несколько раз наклонил голову в знак приветствия. Глядя на меня с улыбкой, он изредка подносил к губам сигарету в мундштуке, и я тщетно пытался определить, что кроется в его улыбке - ирония или дружелюбие. В зале музыка аэропорта звучала приглушенно.

– Mr.Tatsuke, I presume? [Полагаю, мистер Тацукэ? (англ.)] - спросил я.

– Pleased to meet you, Mr.Guise [Рад вас видеть, мистер Гайз (англ.)].

Официант принес карточку, и Тацукэ на чистом французском языке сделал заказ:

– Два салата Фламинио, две пиццы по-сицилийски и бутылку кьянти. И пожалуйста, чтобы салаты Фламинио были заправлены по всем правилам.

Потом он повернулся ко мне.

– You can trust me... It's the best pizzeria in Paris... I am fed up with french cooking... I'd like something different for a change... You would surely prefer a french restaurant? [Положитесь на меня... Это лучшая пиццерия в Париже... Мне надоела французская кухня... Мне хотелось для разнообразия чего-нибудь другого... Но вы, наверное, предпочли бы французский ресторан? (англ.)]

– Not at all [вовсе нет (англ.)].

– Yes... I was wrong... I should have taken you to a french restaurant... You probably are not used to french restaurant... [Конечно... предпочли бы... Я совершил промах. Мне надо было пригласить вас во французский ресторан... Вы ведь, наверно, не знакомы с французскими ресторанами... (англ.)]

Последнюю фразу он произнес усталым тоном превосходства, словно обращаясь к заурядному туристу, которому должен показать Paris by Night [ночной Париж (англ.)].

– Не суетитесь, старина, я люблю пиццу, - грубо заявил я ему по-французски, вновь после стольких лет обретая говор моего родного городка Булонь-Бийанкура.

Он выронил мундштук, раскаленный кончик сигареты прожег дырочку в скатерти, но Тацукэ ничего не замечал, так его поразили мои слова.

– Держите, старина, а то загорится - и с концами, - сказал я, протягивая ему мундштук с сигаретой.

На этот раз я уловил в его взгляде легкую тревогу.

– Вы... вы прекрасно говорите по-французски...

– Вы тоже...

Я любезно ему улыбнулся. Он был польщен и мало-помалу пришел в себя.

– Я пять лет проработал во Франции, в пресс-агентстве, - сказал он.
– А вы?

– О, я...

Я тщетно искал слова - он не стал настаивать. Подали салаты Фламинио.

– You like it? [Ну как, вам нравится? (англ.)] - спросил он.

– Очень. Я был бы рад продолжить разговор по-французски.

– Как вам угодно.

Он был явно сбит с толку тем, что я так свободно говорю по-французски.