Шрифт:
— Куру-четыре?.. — прошептал Барсукот.
— Лиса? Невозможно! — заявил Барсук Старший.
— Ещё как возможно, — огрызнулся Мухтар. — Куры были свидетелями убийства. И все куры — все как одна! — подтвердили, что убийцей была именно Лиса. И петух тоже подтвердил. Предъявите мне сейчас же Лису.
— Срочно позови Лису для допроса, — сказал Барсук Старший Барсукоту. — Я уверен, это какое-то недоразумение.
— Не могу я её позвать, — смутился Барсукот. — Она ещё вчера куда-то запропастилась. После того, как мы с Грачом Врачом оказали курице помощь. Грач Врач потом искал Лису по всему лесу, хотел прописать ей какие-то успокоительные ягоды для снижения агрессии и хищнических инстинктов … Но её нигде не было. Ни в норе, ни в чаще, ни на полянах … нигде. Говорят, в последний раз её видели в баре «Сучок». Она выпила три мухито и сбежала не заплатив.
— Тысяча сычей! — воскликнул Барсук.
— Вот именно — тысяча, — процедил сквозь зубы Мухтар, — нет, даже миллион сычей! Теперь я вижу, что ты совершенно не контролируешь своих зверей, Старший Барсук Полиции. Я объявляю Дальнему Лесу облаву и Большую охоту.
— Постойте … а она … ну, курочка … она точно погибла? — с надеждой спросил Барсукот. — Или, может быть, её просто слегка придушили, как в прошлый раз? Эти куры, они ведь, знаете, очень живучие, иногда им можно даже голову оторв …
— Курица точно убита, — отрезал Мухтар. — У нас есть тело. И запись камеры наблюдения, которую я принёс вам в качестве доказательства.
— Бедная птичка! — Барсукот всхлипнул. — Она снесла нам яйцо. Не нужно было её отпускать …
— Запись камеры … — с тревогой сказал Барсук. — Тут есть небольшая проблема. Дело в том, что у нас в Дальнем Лесу очень сложно подключить к корневизору современные сельские технологии. То есть наш специалист, Электрический Скат, наверняка может справиться с такой задачей, но на это потребуется время, месяца полтора или два, как я полагаю … У вас запись на диске, на флешке или на кассете?
— Я вообще таких слов не знаю. — Мухтар поймал себя на том, что машинально склонил голову набок, пытаясь понять, о чём речь. — А ты что-то у нас, Барсук, как я посмотрю, больно умный. — Пёс горделиво встряхнулся. — Ты голову-то мне не морочь. Какие ещё флажки? Я камеру наблюдения зубами от дерева оторвал, провода перегрыз и сюда её приволок. Тяжёлая, собака. Вон там, в кустах, её положил.
— А, это другое дело, — облегчённо вздохнул Барсук, взглянув на камеру наблюдения. — Раз есть кусок провода, Скат быстренько его к корням подсоединит — и запись можно будет у нас в участке на корневизоре посмотреть.
Глава 7, в которой работать под прикрытием становится опасно
— Смотри-ка, любимая, — сказал Пятак, — над нами летает скворец в костюме цыплёнка.
Маняша с трудом запрокинула голову в небеса — в отличие от своего мужа, довольно-таки подтянутого и спортивного мини-пига Пятака, она была большой и тучной свиньёй с заплывшей жиром, негнущейся шеей.
— И правда, любимый, — сказала она. — Летает. К дождю, наверное. Ишь, небо-то какое предгрозовое …
— Ну, дождь — не беда, — сообщил Пятак. — Главное, чтобы нас не зарезали.
— Ты прав, милый, — вздохнула Маняша. — Как страшно жить.
— Тебе нужно худеть, любимая, — с тревогой сказал Пятак. —
Ты восхитительно жирная, но лучше пожертвовать своей красотой, чем быть убитой и съеденной. Ты ведь знаешь, что самых прекрасных, самых жирных свиней Нина Пална запекает с орехами, яблоками и мёдом. Я не переживу, если с тобой такое случится. Я лучше буду любить тебя худенькой.
— Я стараюсь, милый, но у меня пока что не получается победить свою природную красоту. — Маняша прильнула к мужу всем телом, и он чуть не упал. — Мы должны ценить каждое мгновение, проведённое вместе. Как страшно жить. Ведь кроме Нины Палны в Охотках теперь орудует ещё Лиса-убийца. — Свинья перешла на шёпот. — И судя по всему, эта Лиса — маньяк. Убила курицу прошлой ночью без всякой цели. Она ведь её даже не съела, просто бросила во дворе!
— Ты кое-чего не знаешь об этом убийстве, Маняша, — сказал мини-пиг. — Вернее, всё, что ты знаешь, — это со слов кур и собак, сама-то ты ничего не видела, ведь у тебя такой крепкий сон, прямо как у младенца. Это потому, что твоя душа чиста и невинна. Поэтому ты так хорошо спишь. И посапываешь так сладко, прямо как …
— А сам ты разве не спал? — Маняша так удивилась, что даже не дослушала комплимент. — Ты видел, что случилось в курятнике?
— Мне, знаешь ли, любимая, не спалось. Всё думал про твой лишний вес и начинку из орехов, мёда и яблок … Поэтому я кое-что видел. Кое-что очень странное. — И он рассказал жене про всё, что видел.
— Как страшно жить! — тихо взвизгнула Маняша, выслушав мужа. — Никому нельзя верить. Кругом враги.
— Смотри-ка, любимая, скворец в костюме цыплёнка полетел прямо в курятник.
— Бедняжка! — сказала Маняша. — Они же его заклюют. Они чужих птиц не любят.
— Не заклюют, — ответил Пятак. — Они слишком тупые. Они подумают, что он настоящий цыплёнок.
Маняша проводила скворца своими маленькими глазками-бусинками, в которые так любил смотреть мини-пиг в солнечные летние дни. В лучах солнца глаза Маняши обычно сверкали, как драгоценные бисеринки …