— Сэр, я попрошу Вас не выражаться в присутствии детей, — нахмурился парень. — Эти зомби слишком слабы для меня. Если я буду тратить на них свою энергию, то как я сохраню силы для сражения с элитными зомби? И кроме того, если я буду отнимать очки опыта у моих младших товарищей, то как они станут сильнее?

Офицер завис на мгновение. С логикой другой стороны, очевидно, не было проблем. Но где-то тут была большая проблема, которую он не понимал. Увидев, что этот старший офицер не собирается причинять им вреда и, по всей видимости, не плохой человек, Франсуа махнул рукой, и его люди опустили оружие. Дети вновь начали расходиться цепочкой, чтобы убить зомби. Другие дети и взрослые уносили трупы, бросая их в мусоровоз. Многие солдаты также опустили оружие, очевидно, что здесь было какое-то недопонимание. Да, и не хотелось им стрелять в кучку детей.

Офицер, все еще силясь вникнуть в происходящее, то хмурился, то расслаблялся. На его лице было много эмоций, и другие не стали его тревожить. Шаблон мышления мужчины сломался, и теперь ему нужно было разобраться в себе, прежде всего. Он оглядел сотни детей, которые встречали сотни зомби с булавами в руках. Не было похоже, что они боялись или были принуждены. У них была хорошая защитная экипировка и великолепная командная работа. Несколько взрослых и подростков чуть постарше стояли позади и раздавали команды.

Одни дети, устав, отходили назад, другие же, отдыхавшие в комфортабельных круизных автобусах, выходили вперед, чтобы взять на себя участок обороны. В центре был большой грузовик с кучей колонок, установленных в ряд и направленных в лес по обе стороны от магистрали. Возле этого грузовика бились дети постарше или взрослые. Мужчины и женщины. У них были внутренние беруши, а также внешние промышленные наушники, чтобы громкая музыка не влияла на их боеспособность и не привела к потере слуха в будущем. Там они общались жестами спецназа.

Были взрослые и подростки, которые готовили пищу на месте, проводили дезинфекцию защитных костюмов и оружия, делали ремонт на месте. Во взгляде офицера появился испуг, когда он увидел, что одного из самых маленьких и слабых мальчишек смог укусить зомби, прокусив защитный костюм. Но в следующее мгновение красавчик, назвавший себя лидером этой команды, подскочил к мальчику. Он вонзил меч в голову зомби и схватил пацана за шкирку.

В несколько прыжков он отступил назад и, как котенка, бросил мальчика на руки симпатичной блондинке в белом халате. Та ловко поймала мальчишку и быстро, но аккуратно раздела. Затем приставила инъекционный пистолет к его шее и вколола ему ампулу с противовирусным препаратом. Офицер узнал его, так как у него с собой был такой. Вот только у него был всего один пистолет с ампулой на все его две роты солдат, а у девушки медика на столе стояла целая коробка. Когда она доставала ампулу, то мужчина увидел плотные ряды препарата, которого было достаточно для спасения десятков жизней.

Мальчик, которого уже начало лихорадить, успокоился и медленно приходил в себя. Девушка передала его двум другим медикам, которые быстро зашили рану, брызнули на нее кровоостанавливающим медицинским спреем, а затем профессионально наложили бинты. Раненого переодели в спортивный костюм и уложили на шезлонг. Через пятнадцать минут, блондинка подошла к мальчику, задала несколько вопросов, посветила ему в зрачки, после чего вколола другой препарат и медбрат отнес засыпающего мальчика в отдельный белый круизный автобус, на который красной краской был нанесен крест.

Офицер все это время стоял молча и никак не вмешивался. Он просто наблюдал, ничего больше не говоря. Его мир, его сознание менялось. Он многое еще не понимал, но четко осознавал, что именно такой отряд — то будущее, которое ждет планету. Этот отряд, действующий, как единый слаженный механизм, работал без сбоев все время наблюдения. Возможно, только такие отряды и были способны вытащить планету из ее нынешнего мрачного положения. Дети перед ним были не просто детьми, а солдатами. Солдатами будущего. Солдатами спасения. И очевидно, что, скорее всего, он все не так понял в начале. Этим детям не нужна была его помощь. Более того, вполне возможно, что в будущем именно ему понадобится их помощь. И именно он будет нуждаться в их защите, если все пойдет такими темпами. Его прежний образ мыслей потрескался, как стекло, и рассыпался на бесчисленные осколки. Разум офицера на какое-то время стал пустым.

— Офицер, как я думаю, Вы что-то неправильно поняли, — Франсуа подошел к мужчине, протягивая ему чашку горячего кофе в стаканчике.

— Что я неправильно понял? — вышел, наконец, из оцепенения мужчина.

— В нашем лагере не сражаются только дети, — пожал плечами красавчик. — У нас бьют зомби все. Самому младшему нашему бойцу восемь лет, а самому старшему — семьдесят девять.

— Как он сражается в таком возрасте? — спросил мужчина.

— Конечно, дедушка Фернан был довольно слабым с самого начала, — с улыбкой проговорил Франсуа. — Но он пришел на сборный пункт едва волоча ноги. Ему сначала отказали, но он не ушел. Ситуация дошла до Лидера лагеря. Он серьезно поговорил с вербовщицей и издал приказ, что все, кто хочет сражаться, независимо от возраста и состояния, могут это сделать. Лидер лагеря лично провел дедушке Фернану тренинг, а потом помог убить нескольких первых зомби. Потом дедушка вложил очки характеристик в Выносливость и Живучесть. Дальше больше, теперь он в рядах элит.

— А тебе сколько лет? — нахмурившись, спросил офицер, разглядев получше довольно юное лицо собеседника. Сейчас он уже не испытывал гнева и восстановил рациональность мышления.

— Мне семнадцать! — улыбнулся парень. — Через полгода будет восемнадцать.

— И тебя поставили руководить отрядом в сотни бойцов? — спросил мужчина. — Пусть даже они и дети.

— Вообще, я вхожу в отряд ликвидации опасных элементов, — криво ухмыльнулся Франсуа. — Будь это зомби или люди. И работы хватает. Плюс Лидер доверяет мне присмотр и обучение перспективных новичков. Так-то, я очень занят. Но младшие товарищи упросили Лидера, чтобы он назначил меня их командиром. Они даже написали коллективное письмо.