– Это мамина старая подруга, я ее почти не знаю. Но я была подписана на ее пасынка Оскара, и как-то раз он написал, что ищет менеджера по СММ на частичную занятость. Я решила попробовать. Все равно работаю в маркетинге, а это что-то смежное, современное, интересное. Нужно было учиться по ходу работы.

– И ты вела его проект? – Удивилась Перкинс.

Тут только Кэтти сообразила, что слишком преждевременно раскрыла карты: вряд ли Перкинс одобрит эту ее дополнительную нагрузку.

– Да там немного работы. – Начала оправдываться Кэтти. – В основном по выходным запускала рекламу, и все. Дальше с клиентами работал менеджер.

– Ну и отлично. – Неожиданно сказала Перкинс. – СММ смежная для нас область. Пригодится обязательно. Сейчас все так быстро меняется.

– А что продает ее пасынок? – Спросила Наташа.

– Продает? – Кэтти засмеялась. – Да то же, что и все.

– Косметику? – Удивилась Джейн.

Кэтти покачала головой.

– Часы? Духи? – Спросила Перкинс.

– Детские вещи?

– БАДы?

Но Кэтти вновь покачала головой и лукаво улыбнулась:

– Все узнаете, когда приедете. Потерпите немного.

Казалось, вдруг открывшаяся возможность потомить коллег по работе, многим из которых она в привычной жизни завидовала, доставляла ей самые приятные ощущения.

Примерно через полтора часа они прибыли в Чефалу на просторную виллу Мариам. Она, как самая радушная хозяйка, встречала гостей у калитки. Хотя чувствовалось, что для нее это был скорее первый опыт подобного столпотворения людей. Вряд ли в молодости она любила гостей и часто приглашала кого-то: слишком скованной были ее движения, мимика, улыбка.

Казалось, она не знала, куда себя деть от смущения, как разговаривать, как правильно приветствовать гостей. Она видела в фильмах, как это делают очаровательные и обаятельные люди с открытой душой и милыми лицами. Но сама Мариам не ощущала себя таковой. Но и она же не хотела притворяться, вести себя как радушная хозяйка, коей она не была.

Это была высокая женщина лет пятидесяти с маленькими колкими глазками под очень широкими бровями. Одета она была в дорогое дизайнерское повседневное платье из шелка, в ушах сверкали маленькие бриллианты, должно быть, тоже повседневные.

Вилла поначалу не произвела впечатление на Наташу и Джейн. Со стороны дороги это было угловатое прямоугольное здание из скромного ракушника песочного цвета. Единственное, что сад был ухожен, и в нем росли пальмы и цветущие кустарники. Но затем Мариам провела их сквозь дом, и они увидели и интерьер, и размеры, а главное, количество комнат, тогда-то вилла действительно показалась роскошной, просто огромной.

И все же самый большой восторг гостьи испытали, когда Мариам вывела их на другую сторону. Большой бассейн в окружении пальм располагался как будто на обрыве небольшой скалы, а за ним было – бескрайнее бирюзовое море. Сегодня волны бушевали, и их шум даже доносился до слуха. Под внешне непритязательной скорлупой скрывалась настоящая жемчужина.

У бассейна загорала смуглая молодая женщина с очень открытым купальником. И хотя она видела гостей из Англии, она даже не шелохнулась, чтобы поприветствовать их или хотя бы поздороваться. В ответ на вопросительные взгляды женщин, Мариам неловко улыбнулась и сказала, словно извиняясь:

– Это девушка Оскара.

– Вы с ним не ладите? – Спросила Перкинс. В голосе ее послышалось такое странное участие, что Джейн и Наташа переглянулись. Обычно Лиз довольно легко расправлялась с людьми и еще с большей легкостью вычеркивала их из жизни. Было странно видеть ее такой сочувствующей, способной проникнуться чужой болью или проблемой.

– Почему же? – Удивилась Мариам. – Отлично ладим. Поздравляем друг друга с Рождеством и днем рождения. А еще пару раз в году он приезжает в гости. В эти дни мы просто стараемся не мешать друг другу. Не навязываемся, не упрекаем друг друга, не повышаем голос.

– Это ведь ваш дом? – Спросила Перкинс.

– Мой, конечно. Муж оставил его мне.

– Так вы можете не принимать гостей, разве не так?

– Технически, да. – Вынуждена была согласиться Мариам. – По завещанию мужа все состояние и все недвижимость принадлежит мне.

– Ваш муж ничего не оставил родному сыну? – Изумилась Наташа.

– Он, так скажем, опасался, что богатство пойдет не на пользу юному созданию. У него было много зависимостей в те годы. Работа и труд должны были выбить всю глупость у него из головы. Мне кажется, муж поступил правильно.

В этот самый момент из дальнего выхода вышел сам Оскар, подтянутый спортивный молодой мужчина в шортах. Он принес два бокала с напитками себе и своей девушке. Он также не обращал внимания на гостей. Вскоре его девушка стала позировать, а он достал камеру и стал снимать ее.