– Я знаю, – все еще улыбался дракон, – но всегда бывают исключения. В этом наборе у вас мало девушек, да и острой потребности в учителе у них нет. Справедливее будет набрать на конкурсной основе.

– Даже в таком случае вы можете туда не попасть, – пожала плечами Лотти, садясь за свой стол.

– Попаду, – уверенно сказал он. – Я не представился: Максайм Бушар, владыка Северных пределов.

Лотти так удивилась, что закашлялась. Максайм Бушар воссоздал прямо из воздуха бокал, наполнил его прозрачной жидкостью и протянул ей:

– Это вода, возьмите.

Она качнула головой: факультет алхимии быстро отучает пить незнакомые жидкости, особенно из магических бокалов. Особенно из рук известных алхимиков.

– Что вы здесь делаете, ваша милость? – она старалась, чтобы вопрос звучал вежливо, а не едко.

Как ей и показалось на паре, ему действительно под триста лет. И его исследования в алхимии она учила в свои студенческие годы: это он создал кристал Ноаль, например. Про владыку много говорили. Говорили, что он высокомерен, силен, даже опасен… И это категорически не вязалось с драконом, который пришел изучать отдельный курс алхимии спустя столько лет после получения всех возможных академических званий.

– Учиться никогда не поздно, – ответил он.

– Не могу поверить, что вам нужны разъяснения моих статей, – искренне призналась Шарлотта.

Максайм пожал плечами:

– Вы явно недооцениваете свои наработки и свой метод. Я понял, но далеко не все.

Горло после кашля саднило, и Лотти, бросив взгляд на шикарный магический бокал, встала из-за стола и прошлась к шкафу, где под замком стояли некоторые условно кухонные принадлежности. Налила себе стакан несладкого компота, выпила и обернулась к посетителю. Посетитель невозмутимо за ней наблюдал, что по-своему раздражало.

– В любом случае, обсуждение ученичества будет не раньше, чем через две недели, – решилась Лотти. – За это время многое может произойти.

Например, она придумает еще парочку причин не допускать в свою личную лабораторию могущественного дракона, по чьим книгам она училась. Как-то ей рядом с ним… неспокойно.

– То есть шансы у меня есть? – самодовольно ухмыльнулся Максайм.

Лотти натянуто улыбнулась:

– Не слишком высокие. Это все, что вас интересовало?

– У вас какие-то планы на вечер? – внезапно спросил он.

Лотти опешила. К чему этот вопрос?

– Нет, у меня на вечер работа. И я бы предпочла ею заняться прямо сейчас, если вы не против.

И демонстративно отошла в сторонку, намекая, что непрошенным гостям пора бы и уйти. Максайм вставать явно не собирался. Он чуть наклонил голову, с подозрением рассматривая ее, а после задал вопрос, от которого Лотти снова закашлялась:

– Ну раз у вас нет планов кроме работы, то давайте поужинаем вместе.

– Кхы-кхы-кхым, – возмущение было так велико, что даже кашель не смог остановить ее желание высказать свое мнение: – Простите, но это уже слишком.

– Слишком? Что мужчина приглашает привлекательную женщину в ресторан?

Лотти перестала кашлять, гордо распрямила спину и снова вернулась к своему столу:

– Сейчас я учитель, а вы ученик, это нарушение субординации.

Максайм весело хмыкнул:

– А лет пять назад вы учились по моим книгам. Субординация нужна там, где старший по званию реально может усложнить жизнь младшему. Мне сложно представить, что ваше нежелание ставить мне зачет помешало бы моей карьере. Или что кто-то заподозрил бы меня в завышенной оценке.

Лотти прикрыла глаза – этот разговор с самого начала был каким-то странным, а сейчас и вовсе перешел все разумные пределы.

– Лорд Бушар, покиньте, пожалуйста, мой кабинет, я не желаю продолжать эту беседу.

Мужчина усмехнулся, встал со своего места, но сразу не вышел. Легким движением кисти он создал красную розу – массивную, яркую, на короткой ножке – и небрежно поставил прямо в бокал с водой, тот самый, что создал пару минут назад.

Он несколько издевательски поклонился и только затем вышел из кабинета. А Лотти еще какое-то время стояла, опираясь на стол, ждала, пока утихнет бухаюшее сердце: вроде ничего и не произошло, но это событие однозначно вывело ее из себя больше, чем обвинение в убийстве.

Шарлотта все же собралась и пересмотрела первые лекции: что-то подсократила, что-то углубила – вроде получилось неплохо. Уставшая, она вышла из своего кабинета, чтобы отправиться к заведующей кафедры алхимии, где традиционно и коротали вечера женщины-алхимики. Мужчины к Сабрине Деко старались заходить пореже – их смущал тесный женский кружок.

Самый нужный для Шарлотты человек был уже здесь: ее лучшая подруга, Бланш Биар, худенькая шатенка с россыпью веснушек, уже сидела за длинным столом для совещаний и пила чай. Сам кабинет Сабрины располагался за дверью, поэтому в приемной можно было спокойно лакомиться булочками, обсуждать студентов, сплетничать о коллегах и ругать начальство.