Я упала с края Луны
вернуться

Костарева Татьяна
Шрифт:

«Мы вернёмся в однажды покинутый мир…»

Мы вернёмся в однажды покинутый мир,болтовнёй и ветрами затёртый до дыр.Как сказал бы поэт: «Мир подлунный».Будет модница-осень в шелках от кутюр.Ну, а может, январь – автор снежных скульптур.Или май – бесшабашный и юный.Этот мир был когда-то твоим и моимстарым пледом уютным – одним на двоих,тишиной между мной и тобою.Нашим тайным убежищем с крышей из звёзд.Ты, смеясь, говорил: «Не про нас, не всерьёз —пара дат, разделённых чертою».Время ливнями лиц смоет наши следы.Вечность спрячет тихонько в карман молодымМлечный Путь на удачу подковой.А когда мир спокойно забудет о нас,не останется даже казённости фраз —мы вернёмся.И встретимся снова.

Бабай

сегодня ночью ко мне приходил Бабайну, тот – из детстваим мама ещё пугалаи, укрывая байковым одеялом«смотри, придёт, – мне шептала – глазоньки закрывай»и вот пришёл«привет, – говорит – ты как?там мама с папой волнуются почему-точто засыпаешь часто уже под утрои плачешь, кутаясь в предрассветный мрак»а я молчуи в горле колючий кома мне бы снова до боли прижаться к мамеи я давлюсь отчаяньем и слезамиа он вздохнул«давай, – говорит – споёмкак папа пелты помнишь ещё слова?»тонула ночь в предрассветье млечном«ещё придёшь?»«приду, – говорит – конечноты только, доча, глазоньки закрывай»

Речка Талинка

Вниз по речке ТалинкеПароходик старенький,Серый дым колечкамиВьётся над трубой.День клонился к вечеру.В завтра бесконечноеЮные, влюблённые,Плыли мы с тобой.Солнца цветик аленькийОкунулся в Талинку.Отражала гладь рекиЗвёздный океан.В счастье захватили мыВсё необходимое:Стопку книг, два зонтика,Старый чемодан.Лунный лучик маленькийПроскользил по Талинке.Пароход баюкалаЛасково вода.Мы держались за руки.И по волшебству рекиПлыли в неизвестноеНаше навсегда.

«В аквариуме сонных улиц…»

В аквариуме сонных улицтанцуем, не касаясь дна.В дождях осенних утонули слова.А звёзды и Лунаплывут в прохладе тёмно-синей,как межпланетные киты,на плавниках сверкает инейхолодной вечной пустоты.И тишина.Беззвучной рыбкой скользнёт случайное авто.А танец чувственный и зыбкий,замысловатый и простой,кружит под толщей снов осеннихсухой листвой ненужных фраз.Свобода, забытьё, спасенье.Лишь ты и я.Здесь и сейчас.Неважно, что случится с намипотом… когда-то…И пускай научимся дышать дождями,тоской осенней.А пока мы в пустяках не утонули,и полночь на двоих одна —в аквариуме сонных улицтанцуем, не касаясь дна…Старый фотоальбомбыли голыми, босымипо воде, аки посухуа причины и вовсе нетбыть несчастным и смертныма теперь аккуратно мыутепляемся ватнымимолью битыми правдамии любовью в конвертахто ли я, то ли кто другойс фотографий махнёт рукойскажет: что ж ты, такой-сякой!и уйдёт, не прощаясья захлопну альбом, как дверьиз живого вчера в теперьи в кривых зеркалах потерьвдруг себя не узнаю

«И плывут куда-то по лужам кораблики-листья…»

И плывут куда-то по лужам кораблики-листьяИ уютно спится вдвоём под одним одеяломИ к чему пустые слова для читающих мыслиИ прошло всего-то сто лет между «было» и «стало»Как всегда, чуть-чуть подгорело печенье с корицейДомовой шуршит по-хозяйски за кухонной дверьюМы уснём, обнявшись, и сможем друг другу приснитьсяМы так долго вместе, что в вечность успели поверитьИ немного страшно, что времени мало осталосьИ немного странно поверить в бессмысленность истинИ уютно спится вдвоём под одним одеяломИ плывут куда-то по лужам кораблики-листья

«за стеной хохочет ребёнок…»

за стеной хохочет ребёнокхрустальными шарикамирассыпается детское счастьенастоящее, бескорыстное, щедрое:возьмите же, мне не жалко! у меня его много!и раздражённо морщится одиночество,привыкшее засыпать рядом со мной:и что ему не спится в такой поздний час…и возмущённо поддакивает тоска,свернувшаяся кольцом у кровати:куда только смотрят родители!ночь на дворе!это невозможно! какой неприятный шум!ни минуты здесь не останусь!и они уходят…а я сжимаю в ладони неизвестно откуда взявшийсятёплый хрустальный шарик…и засыпаю под колыбельную детского смеха…и точно знаю – теперь всё будет хорошо…

«а кран опять течёт…»

а кран опять течёти мерзкое кап-капуже дыру пробило в черепной коробкемолочный лунный свет игриво и чуть робколучом касается собачьих белых лапмой пёс спокойно спитмой пёс бежит во снепо лесу, по степи, по пляжному раздольюа я же в потолок – что воля, что неволя —всё пялюсь, как баранкружится мыслей снегскорей бы отпуск…кап!в деревню, в глушь…бамс!бамс!отбойным молотком по оголённым нервамда, не шешнадцать мнеконечно, не был первымно без него плеватьна здесь и на сейчасну как я без тебя?не знаю, не могуне слушается кран, и пробки выбиваетне дышится почти, и крыша протекаетни другу дела нетни лютому врагуне бог, не эталонты не был лучше всехты мне вернул меня с улыбкой и задароми безмятежно спит пушистый твой подарока я опять ревулицом зарывшись в мех

Одуванчики

одуванчики, одуванчикинастроения поднимальчикитёплый смех весны приносильчикиодуванчики-желтокрыльчикиодуванчики-ясны солнышкия вдохну веснувсю, до донышкаи пройдусь по маю лебёдушкойодуванчики – феи Золушкиодуванчики, одуванчикирвут вас девочкимнут вас мальчикии целуют золотом пальчикисолнца лучики – одуванчики