Шрифт:
– Надо было их запатентовать, как изобретения в механиматике, – весело заиграл Лексиос. – Нет, ты только посмотри на эту рожицу! Честное слово, я уже готов отдать ему свой ужин. Завтраки я и так постоянно уступаю Брайне.
– Неправда, не постоянно, а время от времени!
– Единственный раз, когда я не отдал тебе свой завтрак, был вчера. Я просто-напросто проспал его.
– Вот я и говорю: лишь время от времени.
Чтобы увеличить милоту до невозможности, Ковен вдобавок громко замурлыкал. Растроганная Пушнис отчаянно заскулила и потянула Брайну за переднюю лапу.
– Ладно, твоя взяла, говори, – сдалась ангорская кошка.
– Ты не могла бы расспросить Ксантоса на правах сестры? – робко предложил Ковен.
Если бы на парк вдруг обрушился снежный буран, друзья испугались бы меньше. У Сирении и Лексиоса глаза полезли на лоб: как мог он совершить подобную бестактность, нарушить общепризнанное табу?
– Другой возможности узнать правду у нас нет и не будет, – поспешно прибавил он.
«Ух, сейчас она как зарычит, как набросится!»
Однако Брайна молчала и сидела смирно с абсолютно непроницаемой мордочкой.
– А давайте лучше последуем совету Коры, будем прилежно учиться и не совать нос куда не просят, – лихорадочно заиграл на кантеле Лексиос, предотвращая ссору. – Всё, забудьте, я ничего не говорил. Только не смотрите на меня так ужасно!
Ангорская кошечка по-прежнему хранила молчание.
– Вопреки обыкновению ты не станешь меня бранить?
– Не стану.
– С чего вдруг, скажи на милость?
– Потому что и мне приходила в голову та же мысль.
Снежный буран обошёл парк стороной – все вздохнули с облегчением.
– Уже который день я всё обдумываю да прикидываю. Пора, давно пора вывести их на чистую воду! Раз уж отъявленный негодяй заставил нас молчать о рукокрылом, пусть хотя бы объяснит, зачем ему это понадобилось.
– Я попросил тебя просто поговорить с ним, а не надавать ему по морде, – на всякий случай уточнил Ковен.
– За кого ты меня принимаешь?! – обиделась Брайна. – За грубиянку и хулиганку?
– Ни в коем случае! Но иногда ты поступаешь опрометчиво…
Котик смешался и умолк.
– И бываешь слегка… – Лексиос не доиграл нескольких нот.
– Импульсивной, – подсказала Сирения.
Ангорская кошечка с укором посмотрела в глаза каждому из них.
– Вообще-то я утончённая воспитанная барышня. А если захочу надавать Ксантосу по морде, то так и сделаю, вас не спрошу. Будьте уверены!
Уж в этом все они не сомневались ни минуты.
Глава 6
Зельеварение
Над котлом Иллены возникло голубое облако, искрящееся яркими лиловыми блёстками. По лоснящейся чёрной шкуре пантеры забегали разноцветные блики.
– «Радужка саламандры» – одно из основных зелий, которые вам предстоит освоить на первой ступени обучения, – объяснила она классу.
Котёл стоял на кафедре профессора посередине аудитории. Пар над ним вдруг принял форму шара, теперь он обволакивал всех присутствующих ароматом влажной древесины и лимона с ещё каким-то острым привкусом.
Сиамская кошечка Элисса встопорщила усы, принюхалась и оглушительно чихнула, внезапно распушив бежевый мех.
– Будьте здоровы! – рассмеялась наставница.
Уроки зельеварения неизменно проходили в просторной шестигранной лаборатории. Вытяжка под потолком высокого помещения очищала воздух от испарений и дыма. Повсюду в замке стены были покрыты деревянными панелями, но здесь их оставили каменными, абсолютно голыми. На первом же уроке Иллена объяснила, что это вовсе не прихоть архитектора, а мера предосторожности: прошлая лаборатория, к сожалению, сгорела полностью в следствие несчастного случая.
– Все школяры на итоговом экзамене обязаны сварить зелье «радужка саламандры» без промедления и наизусть.
В рецепте перечислены десять ингредиентов и указаны десять этапов приготовления.
«Без промедления? Наизусть? – ужаснулся Ковен. – Да мне в жизни не запомнить эти хитрые способы, как именно натереть корень имбиря и замариновать ягоды боярышника…»
Ещё ни разу им не встречался столь причудливый состав. Во второй четверти уровень сложности заметно повысился во всех дисциплинах.
Черномордик в знак того, что разделяет его отчаяние, вылил из пузыря всю жидкость на ковёр, сам вывалился за ней следом и теперь барахтался в луже. Драк охотно присоединился к нему, стал активно плескаться, кувыркаться и брызгаться.