Шрифт:
– Этот гребаный пистолет никогда не попадал в мой офис! – прорычал он.
– Я знаю это. Ты проповедуешь народу.
– Мы его даже не видели! Как мы могли завладеть чем-то, от чего вы избавились еще до того, как я о нем узнал?!
О, Боже. Мне пришлось ухватиться за ступеньку над головой, просунуть туда руку, иначе я бы упал на пол. У меня так быстро отказали колени. Забавно, что вера, так быстро восстановленная, на самом деле может причинить боль. Грудь болела от того, что воздух проходил через легкие, а сердце колотилось. От нахлынувших чувств у меня свело челюсти, когда та часть меня, которая имела смысл только благодаря вере Сэма Кейджа в меня, снова заработала.
Святое. Дерьмо.
Вверх и вниз, внутрь и наружу, разрываясь на части и собираясь воедино за считанные секунды. Мне так нужно было выпить. Много-много выпивки.
– Я даже не знал о пистолете, пока Джонс не сказал мне, что его бывший напарник связал Андрео Фиоре с убийством Джоуи Ромелли.
– Опять же, я знаю.
– Они не могут доказать то, чего не было.
– Нет, но они могут доказать сговор.
– Они могут подозревать сговор, – мой босс выделил это слово. – Но они не могут доказать его.
– А им и не нужно. Один лишь намек на скандал, твое имя, связанное с сокрытием, слух о том, что ты нечист на руку, - все это вызовет подозрение.
И я был вынужден согласиться с лейтенантом Стилом. Как только начинались слухи, как только человека обвиняли, должны были появиться конкретные доказательства, чтобы изменить общественное мнение.
– Мне все равно.
– Люди будут думать, что ты грязный, Сэм. Они будут думать, что ты уничтожил улики.
– Ну и что? Они не смогут это доказать.
– Хватит возвращаться к этому. Тебя будут разбирать в суде общественного мнения.
– Я буду знать правду, моя семья будет знать правду, а все остальные... кого это волнует?
– Мы говорим о твоей репутации.
– Ты продолжаешь говорить это так, будто это заставит меня передумать.
– Твое имя теперь что-то значит, Сэм. Если ты сделаешь это, то уже не будет.
– Мое имя выдержало, когда моим напарником был Доминик Кайров. Я справлюсь и с этим.
Доминик Кайров. Надо будет поискать его в базе данных WITSEC, как только вернусь в офис завтра утром. Наряду с попыткой выяснить настоящее имя Джера Ковальски, мне было интересно узнать все о первом напарнике моего босса.
– Тебя вываляют в грязи. А как же твои дети?
Когда он заговорил, его голос зловеще понизился.
– С моими детьми все будет в порядке.
– А Джори?
– Джори разозлится еще больше, если я не попытаюсь отговорить тебя от этого, поверь мне.
Тяжелый вздох.
– Подумай о службе маршалов.
– О чем ты, черт возьми, говоришь?
– В этом городе должны быть хорошие парни, и маршалы, в конце концов, именно такие, потому что вы с Кенвудом так старались все исправить после того, как Фармер попытался все испортить. С какой стати ты должен делать что-то, что поставит под угрозу твое положение?
– Маршалы могут позволить себе поскандалить. Наше имя более чем устойчиво.
– Интересно, как к этому отнесется твой босс?
– Если дело дойдет до расследования, он увидит, что пистолет даже не попал в наш офис.
– Но это уже не будет иметь значения. Возникнет подозрение в неподобающем поведении; люди будут шептаться за его спиной и за твоей.
– Я не...
– Над твоей головой всегда будет висеть тень!
– Почему ты все время пытаешься напугать меня, хотя знаешь, что это невозможно?
– Сэм...
– Я никогда не дрогну.
Наступила тишина, и мне стало интересно, что Дункан Стил скажет дальше. Как можно было спорить, когда другой человек был абсолютно непоколебим?
– Нет, я знаю, но я говорю тебе, что из нас двоих ты важнее.
Он насмешливо хмыкнул.
– Это, наверное, самая глупая вещь, которую ты...
– Послушай меня, – продолжал Стил. – Пожалуйста.
– Я не позволю...
– Для меня все сводится к чему-то реальному, – сказал Кейджу Стил.
– К чему?
– Аарон.
– Я не...
– Как я могу смотреть в лицо Аарону Саттеру каждый день, зная, что я сделал? Как он сможет снова уважать меня, когда узнает, какой я на самом деле человек?
– Все, что ты сделал, ты сделал, чтобы защитить другого человека.
– Да, моего бывшего.
– Нет. Ты сделал это, чтобы защитить Фиоре, потому что считаешь, что он этого заслуживает.
– Заслуживает.
– Но он не невиновен. Он сделал это, и это правда, – Кейдж вздохнул. – Клянусь, у тебя все так запутано...