– Ольвия права, пройдя через подземный ход мы рискуем попасть в западню или выдать себя раньше времени, – согласился я, устроившись на табурете напротив двух дам.

– Я не договорила, – продолжила развивать свою прерванную мысль Ольвия. – Орден «Щиты Лорриса» небольшой, но его воины всегда стояли за своих. Если им сказать, что их люди убиты коварством магистра Дерхлекса, то орден бойцов выступит на нашей стороне. Я так и думала сделать – обратиться к ним за помощью. Но…

– Говори, – я заметил, что госпожа Арэнт замялась.

– Я хочу разобраться с Гархемом сама. Он нанес мне тяжелое оскорбление, заставив написать то письмо и играть по его правилам. Если призвать воинов из «Щитов Лорриса» то будет много жертв с обеих сторон, а главное, я не получу удовлетворения – той самой праведной мести. Ее я должна сделать обязательно сама, – ответила графиня, опустив взгляд и будто стесняясь своих слов.

– Боюсь даже без бойцов из ордена, вы, ваше сиятельство, не получите то, по чему так чешутся ваши когти. Ведь с нами будет мастер Райсмар Ирринд. Он всегда спешит с вопросами мести и многое берет на себя. Допустим, я тоже не получила удовлетворение, когда хотела свести счеты с Лургиром за Карлен, – вампирша шутя показала мне клыки.

– Я очень надеюсь, что Райс примет к сведению мою просьбу, – произнесла госпожа Арэнт. – И у меня есть план, которой я пытаюсь донести до вас. В орден «Шитов Лорриса» все-таки придется обратиться. Но лишь для того, чтобы их бойцы наделали больше шума, атакуя ворота. А мы, воспользовавшись суматохой, проберемся во двор моего имения по малозаметной тропе. В заборе есть небольшой пролом, и Гархем Дерхлекс вряд ли о нем знает. Через него как раз мы с Гурвисом вышли. Нам главное добраться до Дерхлекса. Молясь Велисе, я его приговорила к смерти, и я обязана исполнить этот приговор сама. Жизнь остальных негодяев, пришедших со злом в мой дом, меня мало заботит. Пусть их убьют или накажут любым приемлемым способом воины ордена, чтобы отомстить за своих.

– Ваше сиятельство, вы хороший тактик, – план графини выглядел весьма разумно. До сих пор мои мысли были заняты более важными для меня вопросами. А именно: как сделать так, чтобы и Ольвия, и Флэйрин стали моими женщинами и между ними при этом было согласие. Это вопрос к моему удивлению помогла решить мне принцесса. Госпожа Арэнт, опережая мои мысли, предложила решение вопроса по освобождению собственного дома.

Примерно в Час Лилий, в самую жару мы с Ольвией направились в орден «Щиты Лорриса». Хотя Флэйрин собралась было идти с нами, я ее быстро отговорили: солнце сегодня было особо жарким, и как бы вампирша не куталась в аютанский платок, ее бы эта прогулка сильно бы измучила. Вместо этого я предложил Флэй просто выспаться. Нас ждала еще одна беспокойная ночь и стоило набраться сил.

Когда мы вышли из таверны вдвоем с Ольвией и свернули к набережной, графиня сказала:

– Райс ты на самом деле думаешь, что я могу принять то, что сказала Флэйрин?

– Тебе, наверное, это кажется чем-то невозможным? Дорогая, ты же знаешь, в Аютане мужчины имеют несколько жен и при этом, эти женщины вполне счастливы. Может даже не менее счастливы, чем в Арленсии. Прошу тебя, – я взял ее руку, стараясь передать этим прикосновением тепло и заботу, – придумай над этим. Подумай без эмоций. Не впускай их в себя. Тем более ты это умеешь делать. Когда ты переносишь внимание на узел света, твое сознание освобождается от эмоций, и ты можешь легко удерживать его в состоянии чистой разумности.

– Райс, мне очень обидно. Я так спешила к тебе и в мыслях не было, что наша встреча может оказаться такой… – печально сказала госпожа Арэнт.

Я остановился, обнял ее и, целуя, сказал:

– Прости, что так вышло. Я виноват. Каким бы ни было твое письмо, я должен был дождаться тебя. Дождаться и поговорить с тобой. Но вышло то, что вышло.

– Понимаю… – она кивнула. – Боги, тяжело на душе… Скажи мне, только честно, если бы я настаивала на твоем выборе между мной и Флэйрин, то кого бы ты выбрал? Честно, Райс!

– Тебя, – почти не задумываясь ответил я. Ответ вышел из меня так быстро, потому что все это время я думал над ним. – Тебя, моя дорогая. Но Флэйрин мне тоже очень-очень дорога. Оставить ее было бы предательством.

– Хорошо. Я удовлетворена. Отчасти, удовлетворена. Разумеется, я ничего не скажу Флэйрин и приму ее предложение. Буду считать, что она – твоя любовница, с существованием которой я просто смирилась. Очень надеюсь, что смогу привыкнуть к этому.

– Обязательно сможешь. Ты самая умная и добрая женщина из всех, кого я знаю. Спасибо тебе, – я снова поцеловал ее.

Вскоре мы продолжили путь к ордену «Щиты Лорриса».

***

Весь день стояла ужасная жара и дорога порядком измотала, поэтому лагерем стали пораньше, задолго до сумерек. Старый Калнгар был рядом – десятка два-три деревянных домиков и полуразрушенная сторожевая башня, будто обрубок пальца торчала на холме. К юго-западу начинался лес, здесь пышный, зеленый, но дальше переходивший в чернолесье и темную пустошь – она тянулась до отрогов Западного Карнасса, которые вставали в полусотне лиг.