Я ощутил скачок энергии внутри сестры, а затем энергия из её Метки накрыло её лицо. Мои братья ничего не заметили. Я же понял, что сестричка только что скрыла слёзы иллюзией.

— Я не виню тебя, — прорычал Александр. — Я полностью понимаю. И жду не дождусь момента вырвать кишки Глебу. Я отомщу, Женя! И за тебя, и за себя. И за всех, кто пострадал из-за этих кукловодов.

— Вот только Глеб явно не вершина их иерархии, — сдержанно проговорил я.

Три пары глаз напряжённо уставились на меня. Я же в тот момент принял очень неприятное решение и повернулся к сестре.

— Женя, мне очень не хочется тебя просить о том, о чём я сейчас попрошу. Но я должен это сделать.

Я замолчал. Ну а ПЕВГ улыбнулась и мягко произнесла:

— Вряд ли ты меня попросишь о чём-то совсем уж безобразном, братишка. Поэтому я внимательно выслушаю твою просьбу и соглашусь.

А затем она вновь поджала губы и посмурнела.

— Пожалуйста, Макс, продолжай, — проговорила она. — Я готова на всё что угодно, чтобы помочь тебе. Что я должна сделать?

— Позволить мне и одной моей помощнице заглянуть тебе в мозг, — хмуро проговорил я. — Ты в этот момент будешь совершенно беззащитна, как под контролем. Но так мы сможем собрать больше информации о наших врагах. Мы увидим даже то, чего ты не помнишь. И… Я обещаю, что постараюсь не лезть в личное. Меня интересует только то время, что ты была под контролем.

— Согласна! — резко произнесла она и даже подалась вперёд, нависнув над столом: — Сделай это, Максим! Эта информация бесценна! Добудь её!

Я молча кивнул. Женя улыбнулась и села на место.

И только после этого она начала ужинать. К ней возвращался аппетит после того, как я показал ей, что она может быть нам очень полезна.

Нужно бы постоянно загружать её делами, чтобы она меньше думала о ситуации с Алексеем.

Паршивой ситуации. Отвратительной!

— Макс! — прервал мои мысли Александр. — Давай и мои мозги посмотри так досконально. Может, что-то новое увидишь.

— Уверен? — удивился я.

— В тебе — больше, чем в себе. Жги, братишка. Считай, в самое сокровенное место тебя пускаю.

«У вас, что ли, семейное — плоско шутить на эту тему?» — хмыкнула в моей голове тогда Фая.

В общем, мы втроём под Луной отправились на сеанс мозговых исследований.

— «Дикий сад графа Белозёрова. Кто потревожит, тому башку оторву», — прочитала Женя табличку, висевшую на кусте розы, что пышно цвёл, несмотря на февраль. — Тоже пускаешь нас в сокровенное место?

— Ещё какое, — хмыкнул я, попросив имение «открыть» дверь.

Пройдя сквозь плотные кусты, мы вышли на огромную полянку.

— Твою мать! — вслух выругалась Женя, увидев местных жителей.

— Не думал, что ты знаешь такие слова, сестричка, — загоготал Александр, а затем хмыкнул и резко произнёс: — Но вполне себе нормальная реакция на восьмерых драконов.

«Детишки, старый хрыщ, у нас гости. Что сказать нужно?» — на общей волне елейным голоском проговорила Фая.

«Опять раскомандовалась, Белка мохнатая?» — проворчал ей в ответ Дворин.

«Старуха снова из себя главную строит», — фыркнула Ольга Фаиновна.

От Фаи повеяло жаром.

«А вы ничего не попутали, а? Лысый червяк и яйцо говорящее?»

Хлопнув крыльями, она поднялась в воздух, опасно нависнув над Дворином и Ольгой.

«Здравствуйте! Чувствуйте себя как дома! — вежливо произнёс Лютик, приветливо улыбаясь нам своей драконьей улыбкой. А затем он повернул голову к Фае и спросил: — Я ведь правильно сказал, мамочка?»

Я закатил глаза… И это мои машины для убийств?

«Добрый вечер, — взмахнув всеми шестью крыльями, к нам подлетела Барби. — Этими людьми мы займёмся, Ваше Высочество?»

Она вопросительно уставилась на меня.

А вот Женя во все глаза смотрела на эту разноцветную дракониху.

— Какая прелесть… — пробормотала моя сестричка. — Какая красавица!

«Спасибо», — кивнула шестикрылая.

— Да, ими, — ответил я.

«Поняла, — решительно ответила Барби и обратилась к моим родственникам: — Уважаемые гости, процедура малоприятная. Но в целом безболезненная. Почти. По крайней мере, задачи сжечь вам мозг передо мной не стоит».

— Звучит обнадёживающе, — напряжённо кивнул Александр. — Макс, я буду первым, лады?

— Без проблем, — кивнул я.

Затем под удивлённым взглядом Евгении я достал из подпространства кресло и поставил его на снег.

— Садись, — велел я брату.

Он послушался.

— Закрой глаза, — проговорил я.

Он исполнил.

Я положил ему ладонь на лоб. Барби поднялась в небо и сделав круг, уменьшилась в размерах. Сейчас она в самом деле походила на крупную светящуюся шестикрылую бабочку.