– Вы что-нибудь видите? – спросил Фурунео.

– Пока не знаю, – Мак-Кей влез внутрь и спрыгнул на мягкий пол, покрытый ковром. Он присел на корточки, вгляделся в красный жар вокруг себя. Его зубы стучали от холода. Помещение, в которое он попал, казалось, занимало всю внутреннюю часть шара и было метра три в высоту. На внутренней поверхности слева от него танцевали радужные блики, а прямо перед ним, в центре помещения, высился предмет, похожий на гигантский половник. Стена справа была покрыта крошечными катушками, рычажками и кнопками. Намек на движение исходил от «половника».

Мак-Кей понял, что перед ним калебан.

– Что вы видите? – прокричал снаружи Фурунео.

Не отрывая взгляда от «половника», Мак-Кей прокричал в ответ:

– Здесь калебан.

– Я могу быть свободен?

– Нет. Прикажите вашим людям ждать и ждите сами.

– Хорошо.

Теперь Мак-Кей все свое внимание сосредоточил на «половнике». Горло его пересохло. Он еще никогда не был наедине с калебаном. Это преимущество всегда оставляли за собой ученые.

Он откашлялся:

– Я… а, я Джой Кс. Мак-Кей из Бюро Саботажа, – сказал он.

В «половнике» что-то зашевелилось, и из этого движения вырвалось подобие излучения, полное точного смысла.

– Я рад познакомиться с вами.

Все ясно, решил Мак-Кей. Калебан излучил то, что произнес. Его тип связи разум воспринимает как звук, однако уши обманывают его, и ему кажется, что он что-то слышит. Подобное же действие калебан оказывает и на зрение: разуму кажется, что он что-то видит, но сетчатка глаз не соглашается с этим.

– Я надеюсь, что не очень помешал вам, – сказал Мак-Кей.

– Я не обладаю ничем, чему можно помешать, – ответил калебан. – Вы привели с собой спутника?

– Мой спутник остался снаружи, – сказал Мак-Кей. – Никаких поводов для беспокойства.

– Пригласите спутника, – сказал калебан.

Мак-Кей мгновение поколебался, потом крикнул:

– Фурунео! Идите сюда!

Планетный агент, кряхтя, протиснулся в отверстие, спустился вниз и присел на корточки слева от Мак-Кея.

– Снаружи адский холод! – сказал он. Его нас был сильно заложен, а сам он сильно дрожал.

– Низкая температура и высокая влажность, – согласился с ним калебан. Мак-Кей увидел пластину, вышедшую из стены рядом с отверстием и закрывшую его. Ветер, пена и шум прибоя сразу же исчезли.

Температура внутри начала подниматься.

– Скоро станет жарко, – сказал Мак-Кей.

– Что?

– Жарко. Вспомните инструкции. Калебаны любят сухой и горячий воздух, – одежда на нем и на Фурунео стала нагреваться и слегка парить. Мак-Кей почувствовал, как мокрая рубашка приклеивается к телу.

– Верно, – фыркая, сказал Фурунео. – Но пока что мне еще недостаточно тепло. А теперь пройдем вперед?

– Нас пригласили побывать здесь, – сказал Мак-Кей. – Мы ему не помешали, потому что нечему было мешать.

Он снова повернулся к «половнику» и замолчал.

– Где он? – через мгновение спросил Фурунео.

– В этом «половнике».

– Да… Я, ах – да!

– Вы можете называть меня Фанни Мей, – сказал калебан. – Я способен воспроизводить свой род, и в этом аспекте вы можете рассматривать меня как женщину, хотя мы и не знаем различия полов.

– Фанни Мей, – ошарашенно повторил Мак-Кей. «Как бы мне увидеть эту проклятую штуку, – подумал он. Где ее лицо?» – Мой спутник – Алихино Фурунео, планетарный агент Бюро Саботажа. – «Фанни Мей! Проклятье!»

– Рад познакомиться с вами, – сказал калебан. – Разрешите спросить вас о цели вашего посещения?

Фурунео почесал правое ухо.

– Как мы слышим все это? – пробормотал он, качая головой. – Я понимаю слова, но…

– Неважно, – пробурчал Мак-Кей. Он повернулся к «половнику» и сказал:

– Я… у меня приказ… Я ищу калебана, который находится в услужении у Млисс Эбнис.

– Я принимаю ваш вопрос, – сказал калебан.

– Принимаете мой вопрос?

Мак-Кей попытался покачать головой, чтобы таким образом, если удастся, обнаружить хоть признаки внешности того, кто, как он предполагал, имел видимую субстанцию.

– Что вы делаете? – спросил Фурунео.

– Я пытаюсь разглядеть его.

– Вы ищете видимую субстанцию? – спросил калебан.

– Да, – сказал Мак-Кей.