— Может, не надо? Мне тоже её жалко, но есть моменты, когда человеку стоит побыть одному.

— Не! Ты что? Семенчук и так постоянно одна. — отмахнулся парнишка, и поправив пиджак студенческой формы, потопал к Кристине: — Хэй! Детка! Хочешь анекдот про «вежливого лося»?

— Нет. — сухо ответила Кристина.

Широкий взмах учебником, и неудавшийся психолог полетел вниз.

Чего и следовало ожидать, Давид получил по полной программе. Собственно, ничего удивительного.

— Да я же помочь хотел! — возмутился он, быстро вскочив на ноги: — Девчонки! Вот и помогай вам после подобного…

— Досвидянц! — дверь, как и всегда, была открыта с ноги. В аудиторию ураганом залетел Рейсбих: — Ты ошибся дверью, дружок-лопушок. Кабинет нижнего брейка — на три этажа ниже.

Давид кисло улыбнулся, а затем быстро убежал на своё место.

— Ну, что девочки! Увидели нашего Господина Удава? Крутой перец, правда? А главное — НАМНОГО лучше меня. По крайней мере — так говорит наш ректор. Осокин! Ты чего такой напряжённый? Расслабься, ты не у Шаляпина. Бобковский — серьги в ухе носят либо пираты, либо гомосеки. Но, что-то я не вижу твоего корабля! Семенчук! Отринуть сопли. Без вашего юмористического дуэта с Осокиным у нас ничего не выйдет! А если хочешь, мы в следующий раз вместе сходим и пропишем Шаляпину по яйцам.

Кристина тут же прекратила плакать и заулыбалась. Вот, что чудотворный солдафонский юмор делает!

— Ну, теперь-то вы точно знаете, кто в этом заведении батя! Да?

— Так точно! — радостно ответили студенты.

Конечно… После подвалов Шаляпина с его злобными и дотошными придирками, кабинет Рейсбиха выглядел воистину райским местом.

— Вот это я понимаю. Но не переживайте! Шаляпин — не последний «специалист максимального уровня» в этой шараге. Самое весёлое вас ждёт впереди! А теперь — готовим куски пергаментной бумаги. Ведь сегодня у нас будет просто пушка-бомба! Сегодня, дорогие будущие убийцы и живодёры, мы рассмотрим настоящий огненный шар.

По аудитории тут же прошёлся воодушевлённый шёпоток.

— А, что? Думаете, мы просто так учили водяной конструкт? Нет, ребятушки! Буду очень надеяться, что никого тушить сегодня не придётся… А, теперь — всё внимание на доску!

Глава 1

В аудитории запахло жаренным.

Конечно же, Рейсбих не дал нам, как следует разыграться, чтобы не возникло пожара. Да и мои векторы до сих пор оставляли желать лучшего.

— Внимательно смотрим на доску! Это первый серьёзный магический конструкт, щенки! — Антон Павлович ударил мелом по доске: — Одна крохатная неточность может превратить вашего союзника в шашлык! Или хычин. А может быть даже получится сочный люля! Тут уже всё зависит от вашего везения.

— Так, а первым пойдёт… — Рейсбих просканировал аудиторию задумчивым взглядом и вновь остановился на мне: — Осокин! Выходи. Таков уж твой злой рок.

Кристина с ужасом поёжилась.

— Не сцать, Семенчук! На этот раз я подготовил особую защиту. Так что, ты в безопасности. Хотя зная латентную любовь Осокина к уничтожению слишком умных — небольшой риск всё-таки присутствует. Так! Ладно. Семенчук, дуй сюда.

— А можно не надо?.. — испуганно пискнула Кристина.

— Оп-па! Ну, это залёт, Семенчук. Можно Машку за ляшку! Можно Витьку за титьку. — и опять Рейсбих начал свой фирменный армейский стенд ап: — РАЗ — тара-та-та-та-та-та — РЕ — тара-та-та-та-та-та — ШИ — тара-та-тара-та-та — ТЕ! Тара-та-та-ра-та-та! РАЗ-РЕ-ШИ-ТЕ! Всё. Выходи, Семенчук! — Антон Павлович вытащил из-под стола громоздкий защитный костюм: — Как раз протестируем твой щит. А ты, Осокин — контролируй себя! Представь, что Семенчук — твоя жена. Причём — самая любимая! И поджарить её можно только в одном смысле. Ну, ты меня понял.

— Понял.

Кристина сперва спряталась под парту, но Рейсбих применил конструкт левитации, и бедная студентка по воздуху добралась до преподавательского стола.

— Наряжайся, Семенчук! Ты и так у нас красотка! А в этом будешь — ну просто неотразима.

Кристина кисло улыбнулась, а затем неуверенно залезла в скафандр.

— Во! Другое дело. — удовлетворённо заключил Антон Павлович: — Щиты приготовила? Умница! Осокин. Три огненных шара этой госпоже! Плавно. Нежно! Представь, что ты кидаешь своей любимой супруге хрустальный шарик, внутри которого миниатюра Петродворца. Ну?

Шарик получился размером с апельсин. И, причём я не чувствовал адского жара на ладони. Скорее — приятное тепло.

— Не смотри на него. Рано или поздно твоё энергетическое поле прекратит защищать кожу и будет больно. Очень больно! Давай.

Насколько это было возможно, я швырнул огненный шар в Кристину, которая сейчас больше напоминала космонавта. Семенчук постаралась поставить щит, но вышло опять коряво и снаряд врезался ей в лицо.

— Опять на лицо!!! — взвыла гимназистка, от чего всю аудиторию вновь прорвало. Все, как будто только этого и ждали.