– У вас праздник. Вы бы мне сказали, я бы купил подарок, – Заметил поставщик.

– Мой брат отмечает венчание. Вы с ним не знакомы. Я решил, что покупать подарок вы не обязаны.

– О, никах, важное событие в жизни.

– Это религиозный брак у мусульман?

– Брак пред Аллахом. Крепче государственного.

– Оставлю на усмотрение брачующихся. Вам далеко домой или можете остаться в отеле? Я оплачу, – Балдан засмотрелся в поисках официанта.

– Иншаалах, «Ягодка». Сама Калинова – Прошептал Балдан. – Откуда? – Роман повернулся: на входе на веранду стояла Анна. В противовес страху Розы в темно-бордовом вечернем платье с высокой прической.

– Ее медики из скорой и в Боткинской больнице называют «ягодкой». У нее соответствующая фамилия. Я согласен.

– Роковая женщина. Она служила в десантно-штурмовой бригаде ВДВ под шквальным огнем. Капитан. О ней в Севастополе ходили легенды. В военно-медицине есть правило «золотого часа». Если в течение часа после ранения бойцу оказывается полноценная медицинская помощь, то в девяносто процентов, он выживает. На всю жизнь запомню свой час: мина в моей спине не разорвалась. Анна Матвеевна оперировала меня с саперами в бронежилете. Команду врачей меня спасших наградили медалью «За спасение погибающего». Я спрашивал ее о вере. Она сказала мне, клятва Гиппократа действует во всех религиях и при всех обстоятельствах. Я очнулся, а она мне подмигнула: жив финист – ясный сокол. У нее улыбка с ямочками. Как она хохочет, в век не забуду. Если мы все, я ее поблагодарю. Если бы не «Царская ягода», моя жена овдовела, а у детей не было отца. Я хожу сам.

– Царская?

– Ей нравится терпкая абрикосово-медовая морошка, с легкой кислинкой, а её предпочитали русские цари.

– Анна Матвеевна майор, – Поправил Роман. Поставщик выпрямился, отдав честь. С близкого расстояния в два столика, занятых гостями, она их увидела. Ее длинное платье без декольте с рукавами имело с боку разрез от середины бедра показывало алые босоножки на высоком каблуке. За ней волочился хвост ткани. В ушах висели каплевидные серьги: на золотом стержне из трех горящих изнутри богемских гранатах крепился больший камень, опоясанный золотой дорожкой, обрамленный двенадцатью пылающими чешскими гранатами из месторождения с Севера Чехии.

Конец ознакомительного фрагмента.