— И не проверил тех, кто отправился с нами? — Сванидзе был настроен скептически.

— Думаю, проверил, — вступился я за начальника СБ. — Мы знаем о Сабурове и Крите потому, что провели допрос. Их реальные досье безукоризненны, не подкопаешься. Гамов всем обеспечил прикрытие незадолго до своей смерти.

— У них бы всё получилось, — кивнула Наталья Андреевна, — если бы Гамов оставался на посту.

— Не благодарите, — хмыкнул я.

В разговор вклинился Максим:

— Только что со мной связались люди Барского.

— И? — герцогиня уставилась на телепата.

— Бунтовщики несут потери, — сообщил Максим. — Их оттеснили от дворца и берут в окружение, не давая покинуть Змеиные Кварталы. По неподтверждённым данным, часть клановой гвардии брошена на штурм виллы Гамовых. Чхеидзе улетели из Фазиса на личном дирижабле.

В восемь утра мы покинули пентхаус, разрешив администрации отеля навести там порядок и заменить сломанную мебель. Лука посетовал, что придётся заново устанавливать и настраивать артефакторику, но герцогиня резонно возразила, что жить в свинарнике не собирается. К этому времени уже было известно, что бунтовщики потерпели поражение. Объединённые группировки повстанцев были разгромлены мощным клановым гарнизоном, беспорядки в Гадюшнике прекратились, и сейчас в центре Фазиса шла финальная зачистка. Город жил в условиях военного положения. На всю ближайшую неделю Николай Трубецкой объявил комендантский час и организовал усиленное ночное патрулирование.

Что касается Гамовых, то их Род был истреблён под корень, а имущество и капиталы достались победителям — Барским и Трубецким. Богратионы и Тогановы предсказуемо поддержали победителей, выставив свои механизированные бригады в самый последний момент.

Я заказал межгород с Красной Поляной и переговорил с Демоном. Выяснилось, что все мои приказы выполнены. За ночь и утро никто на усадьбу не нападал, в посёлке и на КПП тоже всё спокойно.

За час до выезда нашей делегации из «Империала» с Натальей Андреевной связался лидер клана. Сообщил, что с ним всё в порядке, волнения утихли, соединения бунтовщиков разбиты. Поинтересовался, всё ли в порядке с герцогиней. Сказал, что планы изменились, и он планирует лично прибыть на подписание торгового соглашения. Просил обернуть эту информацию на пользу дела, убедить лидеров Великих Домов в нашей лояльности, но всячески препятствовать продавливанию идеи о разрыве дипотношений с Халифатом. Добавил, что вылетает на самолёте завтра утром. И да, мы всячески отрицаем разногласия внутри Великого Дома. Чуть позже информация просочится, но сейчас следует придерживаться версии, согласно которой в Фазисе проходили антитеррористические учения.

У центрального входа нас ждал заметно ужавшийся кортеж.

В машину с герцогиней сели я, Сванидзе и Анзоров.

— Уверен, это не прокатит, — заявил седовласый консультант, едва мы выехали с парковки на шоссе. — У московского князя разведка не зря ест свой хлеб. Они знают, что мы ослабли.

— Не настолько, чтобы плясать под их дудку, — зло бросила герцогиня.

Анзоров со вздохом возразил:

— Гамовы уничтожены, Чхеидзе бежали. Это княжеские Рода. Очень сильные, влиятельные и богатые. Ядро Великого Дома. Поверьте, мы ГОРАЗДО слабее, чем на момент нашего вылета из Фазиса.

— Их счета будут арестованы, — пожала плечами Наталья Андреевна. — Гвардии расформируют и распределят по частям регулярной армии.

— Не забывайте про вассалов, Ваша Светлость. Множество Родов, добровольно поддержавших своих сюзеренов и принявших участие в неудавшемся перевороте. Их придётся наказать. Да, имущество и активы перейдут к победителям, но мы потеряем сильных бойцов, талантливых одарённых и финансистов, на которых держалась наша земля.

— Думаете, я это не понимаю.

— У меня нет причин сомневаться в вашем благоразумии, герцогиня, — поспешно обозначил свою позицию консультант. — Я просто хочу предупредить, что наши переговорные позиции ухудшились. Более того… по моим расчётам Дом Эфы теперь — едва ли не самый слабый клан Российской империи.

— Явное преувеличение, — возразила герцогиня. Вот только по лицу женщины я видел, что она задумалась над словами консультанта. И понимает, что только что была озвучена горькая правда. — Лучше скажите, какие в этом свете шаги мы должны предпринять. По вашему мнению.

— Прежде всего, — Анзоров отвлёкся от созерцания дождевых разводов на стекле, — я бы ничего не комментировал. Мы здесь по делу. Всё, что не касается саммита, должно остаться за скобками. Формулировки обтекаемые. Некие события имели место, но их итог не отразился на благосостоянии и военной мощи Дома Эфы. Все обязательства мы исполняем, все договорённости соблюдаем. Если кто-то захочет приватного общения, у вас слишком плотный график, как-нибудь в другой раз. Журналисты, телевизионщики — мимо кассы. Никаких заявлений до прибытия лидера клана. Почему визит в Халифат досрочно прерван? Так всё и было задумано. Повестка дня отработана, князь везде успевает, такой вот он молодец.

Герцогиня кивнула, соглашаясь.

Анзорова не зря включили в состав делегации. Я видел перед собой опытного дипломата, сохраняющего железное спокойствие в любых обстоятельствах.

Ехать пришлось недолго.

Переговорный комплекс «Приморье» располагался в нескольких сотнях метров от «Империала». В теории можно и пешком прогуляться, но… Во-первых, Вороновой статус не позволяет. А во-вторых, под проливных дождём и штормовым ветром такая прогулка — весьма сомнительное удовольствие.

В сущности, «Приморье» являлось бизнес-центром, в котором на постоянной основе базировались представительства международных концернов, банковских структур и финансовых организаций. Здесь же проводились масштабные мероприятия с участием зарубежных партнёров. Визуально комплекс смахивал на корабль, бороздящий морские просторы. Треугольное здание для всевозможных саммитов и конференций срослось с высоким небоскрёбом, который и арендовали под офисы. Вся эта история охранялась, была вписана в небольшой скверик и оснащена подземным паркингом, в жерло которого и втянулся кортеж.