– Приветствую анирана, - поздоровался со мной Яннах.
– Не верю я всё ещё в то, что вижу. Но понимаю, что поддаваться чувствам непозволительно... Прошу простить, что допустил нападение на столицу. Готов понести любое наказание. Даже приму отставку.

Хоть Яннах вытянулся в струнку аккурат к последним словам, намекая, что говорит на полном серьёзе, я не обратил внимание на его позёрство. Если причастность будет доказана, или доказана халатность, тогда и понесёт наказание. Если нет, продолжит делать, что я прикажу.

Но явно не в сей момент.

– Что ты видишь, Фелимид. Что скажешь?
– Каталам был куда более собран, несмотря на ранение. Вместе со всеми он изучал тела.

– Это опытные бойцы, - Фелимид передвигался на корточках, по очереди изучая ладони трупов.
– Мозолистые руки, крепкие плечи. Что совершенно необходимо для тех, у кого есть силы орудовать мечом... Питались, видимо, куда лучше, чем вся армия Астризии. Все высокие, крепко сложенные. Веса приличного.

– Это всё очевидно, Фелимид, - недовольно произнёс я.
– Меня больше интересует цвет их кожи. Кто это такие? Откуда?

– Чёткой уверенности нет. Явно оттуда, где солнце светит гораздо чаще, чем падает снег. Они могут быть из южных земель Астризии. Гораздо южнее Валензона и Мармасса... Могут быть из Декедды. Там снег, бывает, люд не видит в течение пары зим... Могут быть с северного побережья Флазирии. Там жара не столь безжалостна и не так выжигает кожу, как в землях центральных или на юге... Могут быть из южных земель далёкой Эзарии. Говорят, там есть места, где солнце никогда не опускается за горизонт... А могут быть с острова Темиспар. Хоть родились точно не там, но пребывать на службе у башей вполне могли. Содержать таких могучих воинов баши могли себе позволить.

Я устало потёр брови: возможно, на счёт башей я не ошибся. Не стоит их сбрасывать со счетов. Вполне верю предположению Фелимида, что самфунн мог оплатить таких бойцов.

К тому же, судя по соотношениям потерь, - это действительно серьёзные рубаки. Гессеры ведь тоже не пальцем деланные. Их отбирают, обучают, выкармливают. Но при нападении гессеров погибла почти сотня. Ладно, может быть, пожар и внезапность сыграли свою роль. Но не один же к двум в самом деле...

Хотя, может быть, сыграла роль мотивация. Пусть эти смуглокожие, по предположениям, действительно хорошие бойцы. Но, в моём понимании, они все являлись смертниками. У всех был билет в один конец. Пойти на такое, понимая, что спастись не удастся, могли лишь фанатики. Скорее всего, религиозные фанатики. Ведь только беззаветная вера в правильность поступка может заставить человека пожертвовать жизнью. Не может быть, чтобы простые-обычные наёмники, которых оплатили баши, согласились бы отдать жизнь за золотые монетки. Здесь явно во главе угла стоит не прагматизм, а религиозная составляющая.

Значит, надо копать в эту сторону.

– Фелимид, объясни мне каким образом эти твари смогли пробраться в королевский дворец - в самое охраняемое место Астризии? Как всего пятьдесят человек смогли пробиться аж до самых королевских покоев?

Фелимид озадаченно на меня посмотрел.

– Не знаю, аниран, не знаю. Но, думаю, не обошлось без измены...

На эти слова Фелимида я удовлетворённо кивнул: я сам склонялся к такому выводу и был доволен, что королевский дознаватель всё же не зря ест свой хлеб.

– ...Но огульно никого обвинять пока нельзя. Очевидно, что убийцы скрывались где-то в Обертоне. Они были бы слишком приметны в толпе. И точно прибыли задолго до нападения, чтобы осмотреться и продумать стратегию. Им явно кто-то помогал.

– Возможно, святая церковь посодействовала, - зло скривился я, отвечая собственным мыслям.
– В храм доступ мало у кого есть. Надо там всё перевернуть!

– Я бы не стал делать поспешных выводов, - охладил мой пыл Фелимид.
– Нельзя бездоказательно бросаться такими обвинениями...

– А кто ещё мог оплатить фанатиков и погнать их на дворец!? Кто с такой жестокостью мог погубить столько ни в чём не повинных людей!?

– Не кипятись, Иван, - Каталам сочувственно похлопал по моей спине.
– Примо Фелимид выяснят. И обязательно придут с вопросами к святым отцам. Нужно лишь время.

– Мне нужны зацепки, Фелимид, - заскрипел я зубами.
– Месть неизбежна. Мне нужно знать, кому мстить.

Фелимид судорожно сглотнул.

И такая его инстинктивная реакция напомнила, что с Фелимидом мне тоже стоить многое обсудить. В горячке боя, а затем в шоке осознания произошедшего я забыл, на что королевский дознаватель подбивал Иберика. Что от него требовал, и как подло готов был закончить путь этого анирана. То есть с ним мне тоже придётся окончательно расставить точки над "ё". Хоть к Фелимиду я не испытываю ненависти, ведь он клялся мне, стоя на коленях, называл милихом и всё такое, всё же забывать и прощать подобное я не имею права. Я обязан разобраться в его мотивах. И для себя закрыть этот вопрос раз и навсегда.

Но явно не сейчас. Пускай Фелимид роет носом землю. Пускай копает. Я знаю, что он мужик толковый. И уверен, он что-нибудь найдёт. И только потом я с ним разберусь.

– Не смотри на меня так испуганно, Фелимид, - я бросил взгляд в сторону и заметил приближающегося Сималиона. Значит, разговор с Фелимидом надо заканчивать.
– Ты не хуже меня понимаешь, что они все мертвы. Все, кто хоть как-то причастен. Не только заказчики и исполнители, но и вольные или невольные пособники. Всех их я передушу собственными руками.