Шрифт:
– Три раза.
– Что?
– Именно столько я помог тебе за эти несколько дней, милая сокурсница. И кажется заслужил хотя бы на элементарное «спасибо».
– слегка приподнимает уголки губ.
– Занятия через полтора часа начнутся, не трать зря время. И о помощи не просила.
Еще одна попытка вырваться их его хватки, но только сильнее сжимает мою руку.
– Отпусти меня!
– Свободна вечером?
– Что?
– хмурю брови.
– Что ты… Слушай, отвали от меня! Узнал меня, молодец, можешь идти и рассказывать Вадиму!
Мои слова спровоцировали его на мягкий смех. На секунду опускает голову и прикусывает нижнюю губы.
– Хотел бы, уже рассказал. Не находишь? И просила ты о помощи или нет значения не имеет. Ты моя должница, Лиза. И я хочу получить свою благодарность.
– А, вот как.
– наклоняюсь ближе, теперь наши лица разделяют жалкие сантиметры, но все делаю специально, чтобы четче услышал.
– Максимум могу тебе врезать, подойдет такая благодарность?
– шиплю ему в лицо, как дикая кошка.
– Предпочту другое, звездочка.
Резко дергает мою руку, а следом его губы нагло впечатываются в мои, и это не случайность.
Глава 6
Мышцы живота и шеи напрягаются. Машинально упираюсь второй рукой в его твердый пресс и пытаюсь оттолкнуться, но кажется он и не чувствует. Как и не позволяет мне сжать губы, спрятать от его, отдающих мятой.
– Придурок!
– выплёвываю первое, что приходит на ум, когда его губы наконец отлипают.
Замахиваюсь, чтобы врезать по его самодовольному лицу, но перехватывает запястье.
– Не советую горячиться.
Его коварная улыбка выражает абсолютное удовлетворение.
– Я всего лишь отблагодарил себя. И знаешь, звездочка, мне понравилось.
Крепче сжимает мои руки, хотя и так не могу ему что-либо сделать, и наклоняется ближе, но в этот раз предусмотрительно отвожу голову назад и сжимаю губы в тонкую линию.
– Только мало.
– улыбается шире и не так холодно, как обычно.
– Если тебе еще раз понадобится моя помощь, то взамен возьму больше. Учти.
– Пошел ты к черту, Теодор!
– вкладываю в эти слова всю свою ненависть.
– Мы с ним давние друзья.
– пожимает плечами.
– Отпусти. Я не стану марать руки об такое дерьмо, как ты!
Грубо? Возможно. Но он заслужил каждое слово, и я не намерена сдерживать свою злость, как бы его золотая задница не была прикрыта влиятельным папочкой. И пусть мстит мне как хочет. Найду чем ответить.
– Милашка.
Мои руки на свободе. А его улыбка все еще на месте.
Надавливая провожу ладонью по губам, тем самым показывая свою брезгливость.
– И знаешь, это был самый ужасный поцелуй в моей жизни!
И первый поцелуй. Первый, мать его. И забрал его именно этот монстр.
Я красивая девчонка, за мной не раз ухаживали парни, тот же Саша второй год активно намекает на отношения, а не просто дружбу, но я еще ни разу не испытывала симпатию к противоположному полу, не испытывала влечение, которое именуют влюбленность.
А после сегодняшнего только крепче сформирую отвращение.
И все из-за этого чудовища.
– Обещаю в следующий раз исправиться. Но сейчас благодарность принята. Увидимся позже.
– подмигивает и разворачивается.
Опускаю голову и тяжело выдыхаю. Сердце стучит слишком громко, затмевает все звуки вокруг.
– Черт…
Еще и косые взгляды. Еще бы. Он поцеловал меня на глазах у студентов. А наверняка уже каждая крыса знает о том, кто такой Теодор Хьюз. Золотой мальчик, облизанный самим ректором.
Одного не понимаю. Зачем он это сделал?
Какой, мать его, поцелуй? Для чего? И это идиотское обращение… Коробит от него.
Избалованный говнюк, чья голова забита повернутыми тараканами.
Да, он помог. Три раза. Но его не просили. Я бы справилась и без него. Тогда, у коттеджа, если бы не он, то просто сбежала и добыла фото, которые сейчас отдала и вопросов не возникло. А на даче… Что-то бы придумала. Убедила Соколова. Наверное.
– Не смотри так на меня.
– закидываю в рот жвачку.
– Тогда колись, ты чего такая загадочная.
– Настя таращит глаза.
– Тише ты.
– Таня толкает ее локтем в бок.
– Не мешай преподавателю.
– возвращается к конспекту лекции.